наверх
26.03.201919:14
Курсы валют НБУ
  • USD26.89- 0.07
  • EUR30.45- 0.02

Устенко об украинских политиках: всем пришло время покаяться

Тотальная нищета, рост цен и тарифов (1004)

(обновлено: )3151302
Ситуация в экономике явно развивается по не самому хорошему сценарию, и население страны рассчитывается во многом за ошибки и неправильные действия всех тех, кто находился у власти в Украине, считает экономист Олег Устенко.

Беседовала Анна Лаба, РИА Новости Украина

О реальной экономической ситуации в Украине, о том, к чему приведет отказ от сотрудничества с МВФ и чем чреват массовый отток рабочих рук из страны в  интервью РИА Новости Украина рассказал экономист, директор Международного фонда Блейзера Олег Устенко.

Что происходит с украинской экономикой? Все ли так хорошо, как нам рассказывает правительство?

— Ситуация точно далека от радужной. Я вижу массу проблем. Основную проблему, которую я вижу для нашей экономики, — это то, что она показывает крайне слабые темпы экономического роста. В этом году мировая экономика будет расти темпами около 4%. Весь мировой ВВП с 1990 года до конца 2017 года увеличился практически в 2,5 раза, и в этот же период времени ВВП Украины находится на 70% от уровня 1991 года. То есть, в то время, пока все росли, мы просто падали.

Да, были какие-то периоды, когда мы тоже показывали рост, но этот рост был настолько незначительным, что в общем привело нас к тому, что фактически население страны с трудом выживает, вся социальная система находится, как минимум, в плачевном состоянии, а во многом является просто разрушенной. Речь идет обо всем: об образовании, медицине, инфраструктуре, просто фактически о техногенной ситуации, об экологической ситуации. Учитывая, что, когда экономика растет слабыми темпами или вообще, как украинская, в один период может показывать незначительный рост, а в другой — серьезное падение, то, понятно, что все эти процессы были ожидаемы.

Поэтому немудрено, что это должно было закончиться активизацией миграционных процессов с нашей территории. И если в 1991 году украинцев было порядка 50 млн и даже чуть больше, то сейчас нас около 40 млн по различным оценкам. При этом от 5 до 10 млн украинцев из этих 40 находятся за пределами страны в поисках лучшей жизни. Ситуация явно развивается по не самому хорошему сценарию, и население страны рассчитывается во многом за ошибки и неправильные действия всех тех, кто находился у власти в Украине. Начиная с первого президента Кравчука, который позволял себе визировать документы с дефицитом государственного бюджета на уровне 30% ВВП, который позволил увеличить уровень инфляции до 10 000%, в тот период, когда была гиперинфляция. Все развивается достаточно закономерно.

Какую лепту внесла нынешняя власть в эту ситуацию?

— У нынешней власти был колоссальный кредит доверия. Каждый Майдан в Украине всегда формировал какие-то ожидания. И после первого Майдана ожидания были колоссальные, но было уже очевидно, что ожидания могут быть одни, а действия — другие. Я предполагаю, что подобного рода завышенные ожидания у очень многих, в т.ч. и европейцев, были и после 2013 года.

Было открытое окно возможностей. Можно было, при желании, проводить быстрые структурные реформы, была широкая коалиция, которая договорилась о всех тех правильных вещах, которые могла в тот же момент времени и сделать. Но в силу целого ряда причин, о которых все знают, как объективного, так и субъективного характера, в результате случилось то, что случилось: наша экономика не просто не показала рост, а продолжила свое падение, и в 2014-15 годах мы упали фактически на 17%.

Что стало причиной такого падения?

— Это произошло во многом из-за того, что были урезаны наши экспортные потоки на территорию Российской Федерации. Да, во многом из-за того, что у нас начались военные действия на востоке страны. Но также еще из-за того, что мы не особенно пытались проводить столь необходимые структурные реформы и вывести страну на путь устойчивого экономического роста.

И по факту мы столкнулись с ситуацией, когда после вот падения экономики на 17% в 2014-15 году, после того, как гривна потеряла 2/3 своей стоимости в этот же период времени, после того, когда за 2014-2017 года потребительские цены выросли в более чем 2,5 раза, когда миграционные процессы стали настолько активными, что от 5 до 10 млн украинцев находятся сейчас за пределами страны, продолжать совершать какие-то просчеты и ошибки в экономической политике —  просто непозволительно.

К чему это приведет?

— Мы уже столкнулись с многими экономическими проблемами и будем продолжать сталкиваться со многими экономическими проблемами, если страна реально не начнет показывать высокий экономический рост, чтобы решать уже накопленные проблемы. А она не начнет показывать высокие темпы экономического роста, если не станет делать реформы. А реформы она, скорее всего, не станет делать, потому что есть огромное количество скрытных интересов, которые не дают возможности стране развиваться.

О каких скрытых интересах речь?

— Достаточно подумать поводу войны, которая идет между антикоррупционными ведомствами, которая не просто влияет на борьбу с коррупцией, но точно вселяет и посылает крайне негативные сигналы для украинского бизнеса, для украинского населения, для всех иностранных партнеров Украины. Это не нечто нейтральное и это не может быть объяснено становлением институции — эта война  бьет в огромный минус для Украины. Это мы видим сейчас на поверхности.

Даже в преддверии христианского праздника Пасхи, мы не видим с вами каких-либо покаянных речей от украинских политиков — наоборот мы слышим рапорты о том, что все развивается по восходящему сценарию. Хотя на практике мы видим давление на гривну, высокую инфляцию, отсутствие сотрудничества с МВФ. Соответственно, возникают вопросы, связанны с тем, а сможет страна сохранить финансовую стабильность в этом и следующем году или нет.

Кроме того, обратите внимание на противоречивые заявления украинских политиков, начиная от Ревы, который говорит о том, что вот, может быть стоит задуматься по поводу алиментов для пенсионеров, явно пытаясь тестировать или пробовать "температуру воды" при раскладе, когда Пенсионный фонд задохнется от своего колоссального дефицита.

Такой сценарий может быть реальным?

— Пенсионный фонд не мог вытянуть дефицит прошлого года в 6,4% ВВП, тем более он не сможет вытянуть еще более высокий уровень дефицита на фоне уезжающего населения, на фоне продолжающей слабыми темпами развиваться экономики и всех проблем, которые параллельно возникают в стране. А это очень серьезные проблемы.

Я думаю, что при всем при этом население ожидало бы, что груз забот будет разделен или будет тянуться не только самим населением, но еще и украинскими политиками. А украинские политики, похоже, даже не пытаются вообще понять, о чем идет речь. И это тоже очевидно во всех заявлениях, которые делаются ими в последнее время, в том числе, публичных заявлениях.

Вы упомянули сотрудничество с МВФ, без которого трудно будет сохранить финансовую стабильность. Какие именно требования МВФ, стали костью в горле украинскому правительству?

— В Украине вообще очевидно пытаются рисовать такую картинку для внутреннего пользования. И это касается не только МВФ, но, скажем, и нашего сотрудничества с ЕС. Когда как у МВФ есть одно очень принципиальное требование по отношению к Украине, которое состояло в том, что должен заработать антикоррупционный суд. Таким же принципиальным требованием были равноценные и равнозначные условия функционирования энергетического рынка и необходимость снижения дефицита государственного бюджета. В риторике украинских политиков все было трансформировано таким образом, что не антикоррупционный суд, который стоит костью в горле для украинского политического класса, а увеличение тарифов является требованием № 1 со стороны МВФ. Это картинка для внутреннего пользования, потому что в реальности МВФ говорил в самом начале и об увеличении конкуренции на этом рынке. Демонополизация этого рынка, в т.ч. со снижением роли НАК «Нафтогаз Украины», должны были привести к более конкурентной ситуации, к правильному формированию тарифов, которые должны были расти в соответствии с ростом доходов населения. Таким образом правильно сформированные тарифы на фоне высоко или быстро растущей экономики не должны были ударить по населению.

А сейчас, когда большая часть реформ пробуксовывала, делалась медленно или вообще не делалась, говорить о том, что основное требование со стороны МВФ к нам представляет собой необходимость увеличения тарифов и пытаться при этом перенести на второй план вопросы, связанные с антикоррупционной практикой — это, как минимум, не соответствует действительности.

Как это воспринимается западными партнерами Украины?

— То, что происходило и происходит сейчас в Украине по поводу борьбы с коррупцией, заявления касательно антикоррупционеров и декларирование — вся эта кампания, которая граничит с такой советской пропагандой, она, конечно, тоже отвратительнейшим образом воспринимается западными партнерами Украины. Если посмотреть на соглашение по институциональной части между Украиной и ЕС, будет  видно, что синхронизированы судебная реформа, антикоррупционные ведомства, антикоррупционный суд, реформа государственного управления. Это то, что является основными вопросами в нашем сотрудничестве с ЕС, и, в принципе, копирует часть требований или большую часть требований, которые есть в нашем сотрудничестве с МВФ.

Все это игнорируется, и для внутреннего пользователя выдвигаются на первый план вопросы, связанные, например, с необходимостью обеспечения экспорта леса-кругляка с территории Украины, что, в принципе, не соответствует действительности. Это тот вопрос, который действительно обещало украинское руководство ЕС, но по которому вполне можно передоговориться, т.е. он не является таким уж принципиальным вопросом в нашем сотрудничестве.

Что касается тарифов на газ для населения. Когда еще при премьере Азарове обсуждалось сотрудничество с МВФ, вы сказали, что человек, который рискнет повысить цены на газ в Украине, совершит политическое самоубийство. Нынешняя власть подняла цены на газ в 10 раз. Вы ошиблись?

— Тогда, у предыдущего правительства не было временного промежутка, им надо было принимать решение просто моментально быстро, потому  в конце 2013 года все валилось из рук. Но у этой власти был огромнейший запас времени, огромнейший временной промежуток. И, да, они сначала задекларировали реформы энергетического сектора страны. Но реформы энергетического сектора страны не означают просто увеличение тарифов. И даже в договоре с МВФ, и с другими международными финансовыми институциями, и с европейцами говорилось не так об увеличении тарифов, как о демонополизации этого рынка и развитии конкуренции. И за 4 года можно было сделать серьезные изменения. А вот как раз этих-то важных серьезных изменений не было сделано.

И получается, сейчас единственное, что надо сделать, это идти на увеличение тарифов. Вместо того, что надо было сделать что-то другое, чтобы эти тарифы не надо было повышать, или  чтобы уровень жизни населения вырос, и увеличивающиеся тарифы  были не таким  принципиальным моментом для нынешнего руководства. Но все остальное, кроме повышения тарифов в этой системе уравнений, которую надо было решать, не было решено. И осталась  необходимость увеличения тарифов. И если этого не сделать, значит не получить деньги от МВФ. А не получить деньги от МВФ —  у текущего правительства нет никакой другой альтернативы, где они могут еще занимать средства. И заявления, которые были сделаны на прошлой неделе, например, министром финансов Украины господином Данилюком тоже показывают, что вся привязка идет к тому, что должна быть программа с МВФ. Нет программы с МВФ — нет финансирования ни по какой другой международной статье. Это значит, что выдержать финансовую стабильность в следующем году будет практически  невозможно.

Не выдержать финансовую стабильность — означает девальвировать гривну?

— Это значит, что надо будет не просто девальвировать, а быстро девальвировать гривну. И финансовую стабильность будет сложно держать даже под конец этого года. А в следующем году, если не будет закачки валюты от 5 миллиардов долларов по какой-нибудь из статей, то это означает, что выдержать финансовую стабильность  будет нельзя, придется девальвировать. По части долгов надо будет серьезно задумываться о дефолтах. Например, как минимум, корпоративные дефолты при таком раскладе будут предрешенным вопросом. И это предрешение уже сейчас и происходит. От нежелания, торможения реформироваться.

А возможно было провести реформы быстро и без урезания социальных программ?

— Возможно. И это надо было делать с самого начала, когда появилось окно возможностей, когда уровень доверия был достаточно высок не только внутри страны, но и извне. Но по мере того, как ты приближаешься к пику политического цикла, этот уровень доверия уменьшается и, все объективно видят, что ты сделал гораздо меньше, чем обещал. И сейчас мы столкнулись с такой ситуацией.

Читайте также: Охрименко: власть добьет Украину огромными военными расходами

Как вы видите дальнейшее развитие ситуации?

— Я думаю, что уровень нестабильности, который сейчас есть, не может держаться еще длительный период времени. Если уровень нестабильности будет продолжать оставаться высоким, это значит, что мы будем видеть еще большую интенсификацию миграционных процессов из страны. А это означает также и возможные политические потрясения в стране, и это также означает просто серьезнейшие вызовы для национальной безопасности.

И я просто не верю, что украинские политики этого не осознают. Они осознают, но по какой-то одной им понятной причине продолжают, наверное, жить в парадигме того, что буря и шторм скорее всего, их не коснется и они смогут рассчитывать на то, чтобы выйти сухими из воды. Но это точно не так. Для очень многих из них дорога и пути отступления могут оказаться закрыты фактически по всем направлениям. Я думаю, что они не до конца еще это понимают.

Власть привлекает вас в качестве советника по экономическим вопросам?

— Время от времени. Они точно слушают, но насколько они слышат — это совсем другой вопрос. Я думаю, что проблема любой власти в Украине состоит в том, что они хотели бы принимать теплую ванну, холодная ванна им не очень нравится. И это проблема всех и очень многих. За очень редким исключением.

Самое читаемое
    Темы дня