наверх
23.07.202119:34
Курсы валют НБУ
  • USD27.19- 0.05
  • EUR32.03- 0.03

Волох об успехах и провалах люстрации

(обновлено: )177
На счетах "Ощадбанка" лежат 1,5 млрд долларов арестованных активов Януковича. Эти деньги должны пойти в бюджет, а для этого необходимо вывести конфискацию коррупционного имущества из уголовного процесса, считает член люстрационного комитета Карл Волох.

Благодаря органам прокуратуры за административные коррупционные правонарушения привлечено к ответственности 1209 человек, сообщают в ГПУ. В суд направлены 1366 протоколов. Цифры поражают: в 2015 году незаконную деятельность коррупционеров оценили в 2 млрд 997 млн грн, что в 35 раз больше, чем за предыдущий год.

Читайте также: Виктория Нуланд об Украине: "грязные деньги" и "грязная политика"

По словам экспертов, коррупционеры чрезвычайно активны в период политического кризиса. На эту тему радиостанция Голос Столицы поговорила с член ом люстрационного комитета Карлом Волохом.

Насколько себя оправдала люстрация в государственных органах власти?

— Люстрация, которая прошла по признаку занятия должностей, себя оправдала. Другой вопрос, кого назначают на должности вместо люстрированных. В свою очередь, имущественная люстрация себя вообще никак не показала.

Насколько эффективно борются с коррупцией в Украине, если сравнивать с опытом борьбы в западных странах?

— В плане сопоставления с западным опытом, и не только западным, я должен сказать, что Украина, как одна из стран, более всего страдающих от коррупции, ведет себя в этом отношении странно. У нас не желают менять старые, заскорузлые, почти советские подходы к борьбе с коррупцией, что в общем-то волосы встают дыбом. Вчера рассматривали очередной законопроект 4057, который так и не прошел, несмотря на все усилия инициативной группы.

Он помог бы решить конкретные задачи, в частности, которые касаются тех самых полутора миллиардов долларов, почти два года назад арестованных ГПУ. И там были люди, еще способные что-то арестовывать, или что-то менять, или даже пытаться с чем-то бороться. И эти деньги продолжают оставаться как бы арестованными, но в бюджет не попадают. Мало того, поскольку часть этих денег — ценные государственные бумаги, то на них каждый месяц еще и насчитывается процент.

Заинтересованы ли в украинском правительстве в возврате этих денег в бюджет? Ведь эти деньги находятся на счетах "Ощадбанка", которым управляет господин Пышный, который является соратником Яценюка…

— Да хоть сорок раз соратником. Эти деньги изолированы, они лежат в банке, они в бюджет не попадают. Их нельзя использовать, условно говоря, ни на пенсии, ни на субсидии и так далее. Правительство бьется над этим вопросом достаточно давно. Но всякий раз, когда в парламент попадает закон, где наши подходы меняются на западные, начинается непонятно что.

Закон, который предлагался, ориентировался на западные подходы?

— Он плохой с точки зрения юридической техники, он плохо прописан, но подход там сугубо западный. В чем это заключается — в выделении, конфискации коррупционного имущества из уголовного процесса. Так это сегодня происходит во всем мире. Все так делают, но не Украина. Мы же самые богатые, нас меньше всего беспокоит коррупция, поэтому будем ходить с протянутой рукой по всему миру, а деньги, которые украли, которые арестованы здесь и за границей, мы забирать не будем. И великие совковые юристы, которые там сидят, включая Сыроид и так далее, будут и дальше выступать, рассказывать, что нарушается презумпция невиновности. Как будто деньги — это человек, и у них есть презумпция.

В каких странах Запада применяется такой подход?

— Практически во всех. Кстати говоря, существует конвенция ООН и Совета Европы, которыми предписано, в том числе и Украине, принять законодательство, которое будет предусматривать конфискацию коррупционных активов вне рамок уголовного процесса. Нам предписывают это напрямую, нас обязывают это делать, а мы делаем из себя каких-то идиотов.

Критики этого законопроекта вчера говорили, что принятие этого закона вызовет волну рейдерских захватов в Украине.

— А что они еще могут сказать? Думаете, они скажут: нет, мы просто не хотим, чтобы забрали ворованное имущество и чтобы добрались до нас? Конечно, они будут говорить что-то очень красивое. Этот закон вообще настолько поганый, что его можно применить один раз, к этим полутора миллиардам, из которых двести миллионов — это деньги, а остальное — это ценные государственные бумаги. Нужно один раз с помощью админресурса забрать эти полтора миллиарда долларов. Закон настолько паршиво выписан, что в принципе им пользоваться нельзя. Кстати, в законодательстве сегодня существует сотая статья КПК, в которой уже есть механизм специальной конфискации вне рамок уголовного процесса, только его прокуратура не использует.

Может проще выписать нормальный закон?

— Нормальный закон выписать нужно. Но то, на каком основании он отвергается, просто маскирует нежелание, чтобы эти деньги, а может быть и какие-то другие, попали в бюджет государства. То есть, какой бы он ни был паршивый, есть полтора миллиарда долларов, которые жизненно необходимы украинским пенсионерам, или, как кричит комитет по обороне, украинской армии. Давайте для начала их отправим в бюджет. А потом будем думать, дорабатывать.

К слову, ранее в эфире радиостанции Голос Столицы член правления общественной организации "Transparency International Украина" Ярослав Юрчишин заявил, что реальный уровень коррупции втрое превышает статистику ГПУ.

Ранее в эфире радиостанции директор консалтинговой компании "Партия власти" Елена Дяченко высказала мнение о том, что антикоррупционные ведомства в стране создаются только для отчетности.

В то же время управляющий партнер Национальной антикризисной группы Тарас Загородний считает, что антикоррупционная прокуратура является орудием давления на политических оппонентов.

Самое читаемое
    Темы дня