наверх
18.08.201904:42
Курсы валют НБУ
  • USD25.14- 0.18
  • EUR27.85- 0.39

Польские радикалы продолжают "деукраинизацию", официальная Варшава молчит

Волынская резня: решение Польши, реакция Киева (107)

1631150
Совпадение нового акта вандализма в отношении мемориальных объектов украинцев в Польше с выходом на экраны страны художественного фильма "Волынь" может быть случайностью. А может - и первым откликом на него.

Павел Рудяков, эксперт

В воскресенье 9 октября в селе Верхрата в Подкарпатском воеводстве Польши зафиксирован новый случай надругательства над объектами исторической памяти украинцев: был разрушен памятник воинам УПА. К величайшему сожалению, инцидент можно называть не только новым, но и очередным. Подобные акты в последнее время происходят в этих местах с завидной регулярностью. За последний год с небольшим они имели место в селах Грушовичи, Радруж, Молодич, Вербица, Монастир, Пикуличи, Лески. Ответственность за акт вандализма 9 октября взяла на себя праворадикальная националистическая организация "Лагерь Великой Польши". Об этом прямо и недвусмысленно сообщил на своей странице в соцсетях ее активный член Давид Гудзец ("Тихо-темные" снова ударили!"), неоднократно публично признававший причастность "Лагеря" и его спецгруппы "Тихо-темные" к уничтожению памятников УПА. По его словам, цель таких действий — "на фоне соглашательской, изменнической политики власти в Варшаве своими силами пресечь прославление УПА на территории Польши".

Ряд польских источников вынужден констатировать, что акции по уничтожению украинских мест памяти приобрели в Польше характер "массовой ликвидации украинского историко-культурного наследия", не уточняя, правда, при этом, что речь все-таки идет не обо всем наследии, а об одном его специфическом сегменте, связанном с УПА и вызывающем, поэтому, острое неприятие поляков. Кое-кто из польских комментаторов, ссылаясь на тот факт, что Гудзец известен своей откровенно пророссийской позицией, поспешил связать виновников нового эксцесса с Россией. Даже если это так, указание на "русский след" не снимает собственно польско-украинских проблем. А также того обстоятельства, что они все более явно выходят на уровень межгосударственных отношений, где власть действует доступными ей методами, не выходя за рамки приличий, а радикальные организации закрывают отведенные им ниши. Примечательно, что так же, как украинские правоохранительные органы предпочитают не реагировать ни на какие хулиганские, провокационные действия украинских радикалов в отношении объектов, связанных с Россией, например, Российского центра науки и культуры в Киеве, так же польские правоохранители не замечают того, что вытворяют радикалы польские в отношении объектов украинских. "Ни в одном из случаев (имеются в виду акты вандализма в восточных районах Польши — Авт.) польская полиция пока не задержала злоумышленников", — отмечает журналист "Польского радио". 

В Варшаве в последнее время никто не собирается скрывать того, что внимание к исторической политике возросло, что это направление деятельности органов государственного управления выдвинуто в разряд приоритетов. "Новая историческая политика национально-консервативного правительства Польши, — говорит замминистра культуры Польши Ярослав Селлин - нуждается в инструментах для активного повествования о самих себе, о нации и государстве". И продолжает: "Историческая политика является задачей государства". Что тут можно добавить? Ничего, все сказано. Может быть, кроме, одного нюанса, чрезвычайно, критически важного именно для польско-украинских отношений и для Украины. В основу новой польской политики в сфере исторических связей и отношений с соседями положено стремление сменить роль жертвы на роль государства с богатой исторической традицией, помнящего свою славу и намеренного ее возродить. Вместо того, что в Варшаве сегодня склонны называть "педагогикой стыда", предлагается культ "национальной гордости". Украина, пожалуй, более всего подходит с точки зрения поляков на роль первого "блина" в практическом утверждении такого культа. Того, что отнюдь не обязательно обернется для польской стороны комом. Украинцам, правда, это вряд ли понравится.

"Немецкая волна" сочла необходимым посвятить выходу на польские экраны фильма "Волынь" специальный материал. Обозначив сопутствующие моменты, связанные с этой лентой, как для поляков, так и для украинцев, автор приходит к выводу, что "в целом фильм вряд ли подходит для того, чтобы быть использованным в политических целях любой из сторон". Звучит красиво, но выглядит, скорее, стремлением выдать желаемое за действительное, чем реальной оценкой положения дел. Акт вандализма 9 октября в Подкарпатском воеводстве в Польше дает основания предположить, что политизация истории в польско-украинских отношениях сегодня не только возможна, но вполне реальна. И говорить об этом явлении, к сожалению, можно уже не только в будущем, но и в настоящем, времени.

Читайте также: Варшава готовит Киеву "исторический сюрприз". Фильм "Волынь" и не только

Что бы кто ни говорил и в Варшаве, и в Берлине, и где бы то ни было еще, "Волынь", вне всякого сомнения, следует рассматривать как один из тех "инструментов" новой исторической политики Польши, о которых говорит Селлин. Как художественное произведение, которое следует оценивать по законам искусства, конечно, тоже. Но не только по ним. Закрывать глаза на это ни в коем случае не следует. Особенно Киеву, в первую очередь, Киеву. А вот над тем, как реагировать, что предпринимать, чтобы не усугублять ситуацию, складывающуюся в украинско-польских отношениях, а, наоборот, пытаться выровнять ее, следовало бы предметно подумать. Еще вчера. 

Самое читаемое
    Темы дня