наверх
25.04.201717:23
Курсы валют НБУ
  • EUR28.94+ 0.34
  • USD26.67- 0.06

Противоречивость и оптимизм в интервью Петра Порошенко

Официальная блокада Донбасса: реакция и последствия (261)

(обновлено: )146066
Порошенко полон оптимизма, потому что провел уже два телефонных разговора с Трампом, встречался с вице-президентом Майком Пенсом и уверен в готовности США "решительно действовать в защиту свободы и защиту демократии".

Василий Стоякин, обозреватель

Пятнадцатого марта, после заседания СБОУ, Петр Порошенко дал интервью нескольким журналистам, входящим в президентский пул.

О Донбассе

В первую очередь президент попытался объяснить свою позицию по Донбассу, ибо нормальному человеку в здравом уме и твердой памяти трудно понять, почему украинские власти осуждают "самодеятельную" блокаду Донбасса и тут же ее вводят на официальном уровне.

Президент повторил свою мысль о том, что предприятия Ахметова "это были такие "островки" Украины. Якорь, на котором эта территория держалась Украины. И, безусловно, мы собирались использовать их при реинтеграции, при возвращении Украины на Донбасс и возвращении Донбасса в Украину. Это были базовые плацдармы для возвращения Украины". Блокада позволила захватить предприятия и передать их российским олигархам. "Это уничтожило Украину на Донбассе".

Президент напомнил, что еще до начала так называемой блокады был введен специальный порядок перемещения товаров через линию разграничения, но "активисты" от диалога по этому поводу отказались.

Ну а после того, как часть предприятий "начали платить деньги в так называемые бюджеты ЛДНР, де-факто финансируя терроризм" (общеизвестный факт – все предприятия на территории ЛДНР тем или иным образом "финансируют терроризм"), ситуация изменилась и "мы не могли принять продукцию из захваченных, украденных производств".

Прекращение транспортных перевозок не означает закрытия пунктов пропуска для частных визитов, "потому что человек, который переезжает с оккупированной территории на территорию, подконтрольную украинской власти, это еще дополнительная прививка против российской пропаганды" (интересно, обстрелы Донецка – тоже "прививка против российской пропаганды"?).

Логика, как бы, есть, но нераскрытыми остаются два вопроса.

Во-первых, если сохранение украинских предприятий на Донбассе суть сохранение там Украины, то на кой, простите, черт было блокировать Донбасс изначально? Ведь началась блокада не в феврале 2017, а 1 декабря 2014 года, когда украинские власти прекратили бюджетные выплаты, банковское обслуживание и пассажирские перевозки по железной дороге на неподконтрольной им части Донбасса (Порошенко уже был президентом). Еще раньше были эвакуированы все государственные предприятия и учреждения.

Если все так, то почему президент не говорит о необходимости отказа от блокады Крыма, который тоже был введен "активистами", а потом уже поддержан Киевом? Кстати, частные предприятия в Крыму были национализированы очень выборочно. 

Во-вторых, если блокада столь вредна для реинтеграции Донбасса, то, что мешало разогнать блокировщиков? Тем более что блокирование железной дороги – серьезное преступление, но за него никто не наказан и, более того, наказывать никто не собирается (Парасюк вызвал гнев президента исключительно дракой с полицией). И особенно – в контексте слов самого же президента, что "Украина как самолет, который имеет два крыла. Первое – это демократия, второе – это порядок".

О борьбе с коррупцией

Президент выразил гордость в связи с тем, что с его "непосредственным участием была создана независимая антикоррупционная инфраструктура".

В подтверждение ее независимости он привел мнение руководителей НАБУ Артема Сытника и САП Назара Холодницкого, а также то, что он "не знает", какова будет судьба Насирова. 

Кроме того, президент напомнил о проведенной по его инициативе судебной реформе. "Сейчас съезд судей без Президента, без парламента, без какого-либо политического влияния, избирает членов Высшего совета правосудия. Для нас сейчас ключевое – сформировать независимый, профессиональный суд, который эффективно, с доверием общества, сможет проанализировать и решить, в том числе и судьбу Романа Насирова".

Тут тоже много важных моментов.

Во-первых, создание мощных антикоррупционных структур в странах третьего и четвертого мира – безусловный приоритет для ЕС и США. Собственно, это ключевой элемент современных колониальных администраций. Антикоррупционные органы ведут надзор над властями формально независимых государств и исключают политическое влияние национального и "неправильного" зарубежного капитала. С коррупцией как таковой они, конечно, тоже борются, но это не задача, а издержки статуса. С коррупцией, порождаемой транснациональным капиталом, они, конечно, конечно, бороться не будут.

Испытывать гордость за создание в стране структур внешнего управления не возбраняется. Тем более, что зрители и слушатели наверняка не понимают, о чем именно идет речь.

Во-вторых, я очень сомневаюсь в такой уж независимости всех этих структур. В восточноевропейских странах они находились и находятся под влиянием ЕС. Украина, не имеющая европейских перспектив, в такой форме управления не нуждается, потому изначально предполагалось, что антикоррупционные структуры – "гвардия" президента.

Отмечу, кстати, что президент ушел от вопроса относительно оценки дела Насирова (а это вопрос не только правоохранительный, но и политический). Вопрос о том, как получилось, что место Насирова в результате занял член "винницкой команды реформаторов", вообще не прозвучал. 

В-третьих, президент скромно не упомянул, что судей пока что назначает он (а не Рада, которая, хотя бы, коллективный орган) и, помимо непосредственного влияния, существует еще и косвенное.

В общем, когда "еврооптимисты" говорят о том, что Порошенко создал новую коррупционную систему, я склонен им верить. Только я не уверен, что это однозначно плохо.

Отношения с США

Тут президент полон оптимизма. Он уже провел два телефонных разговора с Дональдом Трампом, встречался с вице-президентом Майком Пенсом и уверен в готовности США "решительно действовать в защиту свободы и защиту демократии".

Президент напомнил, что сразу же после избрания Трампа "у нас было очень много специалистов, которые рисовали ситуацию для Украины в абсолютно черных тонах» и предполагали, что "за спиной Украины, Россия и США договорятся о чем-то тайном, а Украина будет вынуждена выполнять это". 

Тут с президентом следует согласиться. Действительно, прогнозы были плохие (и у меня в том числе), но новая американская администрация демонстрирует проведение в отношении Украины курса прошлой (причем – именно Госдепа, а не Барака Обамы, чья позиция состояла в передаче Украины "на баланс" России). Это не смотря на то, что нынешний украинский режим сильно подгадил Трампу на этапе избирательной кампании и создал ему немалые проблемы уже после избрания (в частности – в контексте наведения "мостов" в отношениях с РФ). Причем количество сигналов и обещаний достигло критического уровня – "отыграть назад" будет очень трудно. 

Что именно произошло в Вашингтоне для нас не так существенно. Важно другое – пока что у американской администрации нет другого выхода, кроме как поддерживать действующего президента. Потому что ситуацию в стране контролирует именно он.

Поддержка Тимошенко, как и других украинских политиков, не исключается, конечно. Но США не будут делать на них ставку так, как делали, например, на Ющенко. Победу Тимошенко, пожалуй, оценят примерно так же, как в 2010 году оценили избрание Януковича – с плохо скрываемым вздохом облегчения. Однако победить Тимошенко должна сама, что в нынешней ситуации, когда президент является, по сути, единственным  олигархом, это, мягко говоря, затруднительно.

Так что перспективы у Петра Алексеевича если не блестящие, то вполне надежные.

Темы дня