наверх
11.05.202102:07
Курсы валют НБУ
  • USD27.76+ 0.04
  • EUR33.49+ 0.08

Военный эксперт: если взрывы продолжатся – на АТО не хватит патронов

Взрывы под Винницей: расследование (153)

(обновлено: )98681
Увольнением сотрудников объекта действенных результатов по предотвращению подобных случаев властям не добиться, считает военный эксперт Олег Стариков.

РИА Новости Украина – Радиостанция "Голос Столицы"

Вечером 26 сентября на одном из крупнейших складов боеприпасов в стране, который находится в Калиновке Винницкой области начался пожар. Тысячам людей близлежащих сел пришлось эвакуироваться.

Всю ночь социальные сети пополнялись предложениями волонтеров о помощи в эвакуации, а также подробностями разлета боеприпасов. В общем уже эвакуировано более 30 тысяч людей. Пожар продолжают ликвидировать. Хотя официально сообщают об уменьшении детонации боеприпасов, местные жители утверждают, что интенсивность взрывов не изменилась.

Возможные последствия взрывов в Калиновке прокомментировал в эфире радиостанции Голос Столицы военный эксперт Олег Стариков.

(текст публикуется на языке оригинала)

Жители возвращаются в Калиновку. Это опасно? Почему не было принудительной эвакуации?

– Наши граждане боятся, что их имущество, которое единственное имущество – мы же вышли все из СССР, у нас какое имущество? Только машина, квартира и огород. Поэтому боятся, что придут мародеры, это все разворуют. Поэтому люди делают совершенно правильно. Они не хотят остаться нищими из-за того, что власть допустила данную трагедию, данное ЧП.

А вы считаете, что к этой трагедии привела именно власть?

– А кто еще мог? Дело в том, что у меня есть такой хороший афоризм: что бы в России ни делали, все равно получается автомат Калашникова. Что бы в Украине ни делали, все равно получается КПСС. Мы не вышли из КПСС. У нас большая, советская республика, которая начинает подходить больше к капитализму. Но капиталистов не построили. Мы построили неофеодализм. Сейчас он ломается.

В чем это конкретно выражается, если брать эту ситуацию?

– Кто такой капиталист? Капитализм – это частная собственность. На флаге Великой французской революции было написано "Частная собственность священна и неделима". А у нас любой, кто приходит к власти, начинает у другого, кто был у власти, забирать имущество. 

Сейчас кто бы ни говорил, что придут к нам инвесторы — не придут к нам инвесторы, до тех пор, пока инвестиции не будут защищены. Кстати, наш президент, когда был в США, в Канаде, когда он встречался с инвесторами, ему сказали, что мы вам дадим оружие, но перед этим вы должны победить коррупцию. А инвесторы сказали, что мы не будем. 

Страна большая, очень хорошая, развитая и перспективная, но пока не будет защиты инвестиций, мы к вам не придем. Поэтому возвращаясь к тому, система старая, советская, никто не пытается эту систему переделывать и эта старая советская система не может реагировать на современные вызовы. Значит приводит к тому, что и приходит.

Я говорю, что тут, в принципе, версии можно говорить, диверсия, халатность. Да, солдат с большим окурком, который поджег и что-то сгорело. Это так в армии, что кто в основном виноват? Если что-то сгорает, значит пришел солдат и закурил. И я еще называю "все украдено до нас". Это тоже версия, где-то что-то украли и надо скрыть. Надо все взять и подорвать. 

В принципе, эта версия тоже живая и она, если её проверить, должна быть, планироваться ревизия, сколько на этом складе хранится и куда делось. А ревизия должна скоро прийти, например, и вот тут произошло данное ЧП, то это 100% – все украдено до нас.

Есть ли в Киевской области подобные склады боеприпасов?

– Дело в том, что это арсенал. Есть склады боеприпасов. Склады есть полковые, дивизионные, бригадные, а это арсенал. Арсенал, связанный с объединениями и стратегически. Такие арсеналы были в Лозовой, взорвали. В Балаклее взорвали, сейчас Калиновка. Дай бог, чтобы там осталось, потому что по официальным данным там 10%. Посмотрим, сколько там осталось.

После возможных диверсий мы небоеспособны?

– Еще под Мариуполем дивизионный склад взорвали. Поэтому если мы такими темпами пойдем, я так говорю, шучу, что через год мы будем в штыковую ходить на восточном фронте и в бою забирать боеприпасы.

Вы высказали предположение, что это произошло накануне проверки или ревизии. Как хранятся боеприпасы и арсенал на таких складах?

– Объясняю, чтобы было понятно слушателям. Арсенал, именно арсенал и склады боеприпасов – это особо важные, охраняемые объекты. Туда просто так никто не попадет. Сейчас уже после случаев в Балаклее, я так думаю, командование уже критиковали. Они уже обеспечили охрану более жесткую. 

Руководствуется арсенал приказами, инструкциями, которые разработаны. Они написаны кровью, как уставы вооруженных сил написаны кровью. Это же не просто взял дядька писал. Это каждая строчка, каждое слово написано кровью. Потому что когда-то какой-то случай произошел, где-то кто-то погиб, поэтому все это выписано.

Точно так же на таких арсеналах все описано. Каждый шаг описан и офицеры, которые приходят туда служить, они заканчивают соответствующие училища и они с лейтенанта до полковника служат на одном месте. Если, например, лейтенант части его переводит, а офицеры служат и они досконально знают, что, где, как, что где-то падает, если человек на одном месте ходит. Это правильно, потому что люди прекрасно владеют всей техникой, инженерией. Там нет случайных людей. 

Такие арсеналы и такие охраняемые объекты живут своей жизнью и они требуют очень большого контроля со стороны командования, вертикально интегрированной структуры.

Чья это ответственность?

– С арсенала ответственность на вооружение сил напрямую – на Киев, на Генштаб. Есть вооружение, тыл. Назовем, чтобы было проще, на Генштаб. В Генштабе находятся такие же офицеры, арсенальщики, оружейники, которые все это прекрасно знают. Поэтому все заявления, что туда кто-то после на техническую зону пускай проверяют полностью. Там нельзя за

йти с сигаретами, со спичками. Там действительно хорошо проверяют. Там караул ходит, проверяют. Поэтому в пять часов всех оттуда выводят. Караул берет под охрану и там не может никто остаться, спрятаться, как в кино показывают – раз, в банке или в магазине спрятался, украл и вышел. Нет, все проверяется. 

Поэтому я говорю, что версия диверсии, вот как в Балаклее основная версия, что дрон бросил какой-то фугас, который взорвался. Сразу говорю, что граната не сдетонирует. Там должен быть больше килограмма тротилового эквивалента, чтобы оно сдетонировало. И, в принципе, надо знать, куда бросить. 

Если ты сбросишь на склад, где деревяшки, оно же в деревяшках лежит, ничего не будет. Поэтому дрон подлетает. То есть люди должны прекрасно знать местонахождение, где что хранится. Если кто дроном управляет, он должен это все изучить. Он должен все это проверить. Дрон подвести и скинуть. И оно должно сдетонировать, чтобы не было, что этот кто-то взял, гранату бросил через ограждение. Не может такого быть.

Почему? Все же на земле?

– Там же тысяча гектаров. Гранату сбросите – 100 метров, а оно стоит на 100 метров от ограждения. Все же сделано. Там пачки лежат.

Все продумано для предотвращения такой ситуации?

– Да, все продумано, но что очень принципиально важно. Дело в том, что мы научились физически охранять такие склады. То есть охрана, складские помещения. Мы научились, в караулы ходят.

Относительно того, что сохраняется, кроме снарядов для "Градов", "Смерчей", "Ураганов", может там быть что-то опаснее? Какое-то химическое оружие?

– По данным, которые идут неофициально, то есть, это кто-то выбрасывает, официальных данных нет. Допустим, 188 тысяч условных вагонов, тысяч тонн, кто-то выбросил. Это идет. Реально, в принципе, может там и больше, а может быть и меньше.

Смотрите также: Огненное зарево над Винницей. Пожар и взрывы на арсенале в Калиновке

Это все, что не используется?

– Нет, это и складировано коробками такими. В каждой коробочке находится тысяча условных вагонов. Чтобы было понятно. Так вот, я примерно посчитаю. По данным, которые идут из официальных источников, горит 10%. Вот примерно я посчитал, 10% это 450 условных вагонов. А 450 условных вагонов, это 11 эшелонов, состоящие каждый из 80 вагонов. 

Условный вагон – это 40 тонн. То есть представляете, 11 эшелонов по 80 вагонов сгорело. Значит, цена примерно, если "Град" стоит 1000 долларов, то для "Смерча" и "Урагана", я думаю, 10-15 тысяч долларов. Это все выпускается в РФ. У нас это оружие стоит на вооружении. Оно есть. И как мы можем воевать?

То есть все это сегодня используется в АТО?

– Конечно, это наши на войне все это используем. Поэтому это в итоге приведет к тому, что наступит определенный промежуток времени, когда нам это все придется закупать. У кого? Естественно, у России, потому что никто не выпускает.

Возможен другой вариант? Мы просим летальное оружие в США.

– Это хороший вопрос. Мы его обсудим. Я хочу другое сказать, чтобы не забыли. Я почему говорю, вот военные всегда после таких случаев говорят: нам не хватает денег. Государство, после Балаклеи, выделило 300 миллионов гривен для обеспечения живучести вот таких складов. Живучесть – это обеспечение безопасности, о чем говорили еще раньше.

После Балаклеи из резервного фонда должны были выделить еще 19 миллионов.

– Я говорю это про всю страну. Я не говорю про конкретный. Я про все арсеналы. Мы же говорим не конкретно, а про все. Потому что слушатели спрашивают: а есть ли в Киевской области? Куда эти 300 миллионов делись? Вот и надо вопрос: кто куда дел? Для этого надо это все проверить. 

Вопрос первый, потому что военным дали, а кто проверяет? Сейчас система создана такая, что военная прокуратура это не проверяет. СБУ, не знаю почему, не проверяет. А военные дают деньги. Куда они эти деньги используют? Мы видим, оказывается, они используют не по назначению. Поэтому если военная прокуратура сейчас возбудила дело, я думаю так, они проверят, куда пошли, по целевому ли назначению. 

Если деньги не поступили на данный арсенал — почему они туда не поступили? Потому что роспись есть. Этот арсенал единственный у нас и, в принципе, самый большой остался сейчас, почему они туда не поступили. У нас контроль за рациональным расходованием бюджетных средств опять же никто не осуществляет. И я в принципе стою на том, чтобы военной прокуратуре вернуть функцию, для того чтобы она начала контролировать использование бюджетных денег со стороны Минобороны. 

Минобороны сделало очень просто: взяло все и засекретило. Проверить, куда они деньги тратят невозможно. Поэтому для того, чтобы таких фактов не было, для того чтобы наши граждане жили спокойно, какой-то правоохранительный орган должен проверять.

Сухопутные войска ВСУ переведены на усиленную охрану военных объектов и они имеют право применять оружие. Что это дает в результате?

– Насколько мне известно, мы уже четвертый год ведем войну и войска не должны переходить в постоянную степень боевой готовности. Они должны быть в повышенной степени боеготовности. Учения недавно прошли "Запад-2107". Тоже все войска были переведены в повышенную полную боевую готовность. Они должны находится в этой боевой готовности полной, а тут взяли обратно. Это информационный шум, который пытаются заглушить прорехи власти, который они допустили.

Но были же увольнения.

– Нет, опять же, у нас сейчас если вы узнаете, что уволили дядю Васю с должности начальника склада, как посадили во Львове девочку-воспитателя, которая была ответственна за пожарную безопасность. Вы же прекрасно понимаете, что пожарная безопасность принимается комиссией и комиссия этого лагеря, горсовета или облсовета.

Но не выход сразу подавать премьеру.

– Система должна работать. Это система. Если бы это был первый случай, то мы могли бы говорить: они исправятся. Но это система уже. Каждые полгода у нас что-то взрывается. Если у нас ничего не изменится, у нас через следующие полгода уже нечему будет взрываться. Уже начнут взрывать не арсеналы, а обыкновенные полковые склады. Поэтому ответственность должны нести не начальник арсенала, которого уволят. 

Высшее начальство вместо того, чтобы на эти рапорты присылать деньги, командир получает эти деньги и он их нерационально использует. Тогда с него можно спросить. А если он говорит: я просил столько-то и экономически обосновано было столько-то, а мне дали 500 гривен и сказали: иди остальное сам купи, это не подход. Это не государственный подход. Поэтому снятие, во-первых, тех, кто отвечает непосредственно за вооружение должны написать рапорты об отставке.

Какими должны быть последующие действия президента? Он созвал военный кабинет. Что это за собрание?

– Собирается военный совет, заслушиваются действия высшего военно-политического руководства, приказывается персонально. 

Дело в том, что министр обороны здесь как политическая фигура, а есть исполнители, которые непосредственно несут за это ответственность, как вот в редакции кто-то несет ответственность за информационную работу. Кто-то несет ответственность за административную, за уборку. Они за это отвечают. Но если накажут только тактический уровень, ничего не изменится. Наказывать надо стратегический уровень, оперативно-стратегический – снятие с должностей и увольнение в запас.

Украина постоянно теряет доверие в глазах цивилизованного мира: то всплывают оффшорные счета топ-чиновников, то не могут справиться с известными коррупционерами. Также существенно подпортил Украине имидж оружейный скандал. Об этом в эфире "ГС" заявил директор Киевского центра политических исследований и конфликтологии Михаил Погребинский

Самое читаемое
    Темы дня