наверх
17.10.201921:49
Курсы валют НБУ
  • USD24.84+ 0.05
  • EUR27.38+ 0.10

Корреспондент "Интера": нам снизу кричали "Горите, мрази, в аду!". Просто повезло, что мы спаслись

Нападение и поджог на канале "Интер" (122)

(обновлено: )64711410
Если бы люди внутри здания "Интера" быстро не сориентировались и не помогали друг другу выбираться из задымленных коридоров и монтажных, жертвы были бы неизбежны, рассказал корреспондент телеканала Олег Решетняк.

Анна Лаба, РИА Новости Украина

В воскресенье, 4 сентября, в Киеве на улице Щусева горело здание канала "Интер". Телекомпания сообщила, что совершен поджог, в результате которого выгорел второй этаж канала, а также полностью сгорела студия программы "Подробности".

Корреспондент телеканала "Интер" Олег Решетняк 4 сентября оказался в самом эпицентре пожара в здании телеканала. До сих пор у него в голове одна и та же картинка — полнейшая темнота, непонимание куда идти и что делать, только единственная мысль: надо выбраться и не показывать страх тем, кто с тобой рядом.

О том, как группе, в которую входил Олег Решетняк, удалось выбраться живыми из пылающего здания телеканала, он рассказал в эксклюзивном интервью РИА Новости Украина.

Что-нибудь предвещало беду, когда вы пришли на работу?

— Когда я появился на работе, смотрю — полиция. Спросил "А что мы сегодня охраняем тут?". Ответили, что какие-то провокации на завтра готовятся, может что-то страшное быть. Я поблагодарил и пошел в монтажную. Я не думал, что что-то страшное произойдет, что пожар… Думал, опять придут, наклейки понавешают "Интер — на цвынтарь"…

Где вы находились, когда начался пожар?

— Наша группа была на третьем этаже. Увидели дым на улице. Я побежал на четвертый этаж на балкончик, смотрю, думаю: "Идиоты палят шины". Я уже привык, я сто раз это видел у нас под каналом и пошел себе дальше монтировать. Монтируем, и тут забегает к нам Света Трунова, наш режиссер: "Ребята, не открывайте двери, там очень сильно воняет!". Я, естественно, побежал вниз посмотреть, что там. Но я уже начал понимать, что нам всем нужно отсюда как-то выходить. Внизу было дыма больше, чем  на третьем этаже. Там все горело, люди кричали, кто-то плакал. И слышу наши сотрудники кричат: "Пропустите нас, выпустите, тут дышать нечем!". Я понял, что людей не выпускают, они закрыли двери. Значит, вниз нам нельзя, потому что не выпустят, и можно оказаться в ловушке. Внизу было пламя, как показывают в американских фильмах — в два метра высотой. Все горит, жара, дым, газ.

Вернулся в монтажную, рассказал. И мы все принимаем коллективное дружное решение, что нужно подниматься наверх.

Мы делали все очень быстро, буквально мгновенно, хоть девушки и метались в панике. Вышли буквально через каких-то 40 секунд – ситуация на этаже ухудшилась кардинально. Черный дым, я не преувеличиваю, свет как я понял никто не выключал, но было темно, видимость 20 сантиметров. Мы включили фонарики только для того, чтобы друг друга видеть и нащупать, они дают лишь легкий проблеск света. Друг другу кричим: "Сюда, сюда, сюда!". Женщины начали терять сознание. Я-то помоложе, но люди все-таки в возрасте.

И никто не знает, сколько нам еще идти и опять-таки куда? Никто из нас и не был никогда на крыше. Ни черта не видно, дороги нет. Мелким шагом шли минуты полторы, стукаясь обо все. Мы услышали вдалеке голос: "Здесь открыто! Ребята, сюда! Сюда! Сюда!!!". Каждый в голос повторял это цепочкой снова и снова. Друг за другом мы вышли на свет.

Читайте также: Кому "Интер" поперек горла? Политическая расправа или попытка отжать

Но вышли мы далеко не все, видимо, кто-то отстал. Девушек оставили на крыше, мы с режиссером монтажа Богданом Журавлем вернулись обратно в полнейшую темноту. Смотрю, Светка Трунова идет с еще одним режиссером нашим, и он ее тянет. Мы ее тоже подхватили и тянули, уже все равно, обо что она билась, главное — быстрее выйти на крышу. Выскочили на воздух, отдышались и снова в дым, уже втроем.

Слышим голоса журналистки Елены Зориной и Андрюхи, нашего инженера. Дым стал еще плотнее, и они свернули не в ту сторону. Спасибо Богу, что мы их случайно заметили. Хватаем Лену, Андрея и кричим: "Быстрее. Тут осталось чуть-чуть". На спуске Зорина очень сильно падает. Видно, что ей больно, очень больно. Поднимаем ее резко, отвлекая от боли. Вот он финиш, мы на чердаке. Мы вышли. Мы живы.

Что было страшнее всего?

— Я честно скажу, мне было не так страшно, как я переживал за людей. Я понимал, что с нами женщины, они не смогут сами ничего сделать. У них паника возникла просто молниеносно. Страшно было, когда ничего не видели и не понимали, куда идем, в любую секунду мы могли просто упереться в тупик, а дышать в дыму долго не получается.

Вы с крыши видели, что происходит на улице, под зданием?

— Когда мы уже все вышли я стал громко кричать вниз тем, кто жег шины: "Вы дебилы! У нас там люди! Очень много людей внутри!". Нам кричали снизу: "Горите, мрази, в аду!". Но не все кричали, люди, которые собрались на пожар, говорили, "Да вы дол***бы, там же люди!".

Для тех, кто стоял внизу, по виду ничего страшного не происходило, как я понял. Они же не видели, что творится внутри. Когда обвалилась стенка и пламя хлынуло наружу, тогда те, кто был внизу поняли, что тут — не шутки.

Вы пострадали? Обращались за медицинской помощью?

— Все это я прошел "на адреналине". Принял душ, нужно было работать. И я отказался от медицинской помощи, хотя кто-то написал, что меня госпитализировали. У меня все нормально было. Потом, когда адреналин из крови уже полностью пропал, я осознал из чего мы вылезли. Когда сейчас в Facebook всякие… дебилы пишут, что все это запланировано, потому что жертв нет, я серьезно говорю, и готов это повторять миллион раз: если бы не наш хороший коллектив, просто очень хорошие люди попались в нужных местах, то точно кто-нибудь из нас там живьем сгорел. Просто повезло, что всех вытянули.

Олег Решетняк после пожара в "Интере"
Самое читаемое
    Темы дня