наверх
05.12.202008:14
Курсы валют НБУ
  • USD28.29- 0.01
  • EUR34.39- 0.02

Курс гривны, фактор "ПриватБанка" и интерес МВФ. Оценки экономиста

Тотальная нищета, рост цен и тарифов (1004)

(обновлено: )236950
Экономический эксперт Сергей Щербина в эфире "ГС" заявил, что после победы на выборах в США Трампа все ждут, как изменится мировая политика, и на этом фоне Давосский форум становится неактуальным.

РИА Новости Украина — Радиостанция "Голос Столицы"

Премьер-министр Владимир Гройсман считает, что падение курса гривны связано с падением деловой активности в период праздников, а также с сезонными колебаниями курса валют.

Национальный банк обещал стабилизировать ситуацию на валютном рынке, подчеркнул премьер, ссылаясь на личные обещания Валерии Гонтаревой.

С начала 2017 года денежная масса в Украине выросла почти на 11% и составила один триллион 101 миллиард гривен. В НБУ объясняют это тем, что растут депозиты: мол, за 2016 год в гривне они выросли почти на 8%.

В то же время ряд экспертов связывает рост объема денежной массы с крупным вливанием денег в экономику, в частности, из-за национализации "ПриватБанка". А рост депозитов, как и рост курса гривны, — это уже следствие.

Всемирный экономический форум проходит в швейцарском Давосе. В 2017 году мероприятие проходит под лозунгом "Ответственное лидерство".

В названии есть ирония, потому что форум "Ответственное лидерство" проходит без большинства ключевых лидеров мира. Новоизбранный президент США Дональд Трамп, канцлер Германии Ангела Меркель, президент Франции Франсуа Олланд форум проигнорировали, прислали своих представителей.

Эти и другие темы в эфире радиостанции Голос Столицы прокомментировал экономический эксперт Сергей Щербина.

Что у нас происходит с курсом в стране? Это инфляционное таргетирование или это какой-то процесс, который никто не контролирует?

— Проблема заключается в следующем: логики в поведении курса и поведении НБУ, и поведении правительства никакой. Потому что эксперты, которые профессионально занимаются этим вопросом, говорят о том, что в принципе никаких предпосылок для резких скачков с точки зрения математики курса не было. Соответственно, одной из теорий является некая спекуляция, которая происходила.

В принципе, это достаточно распространенное явление, когда перед новым годом курс падает, потому что торговцам это выгодно, сливают валюту, соответственно, выгодно ее покупать задешево, продавать дорого, после этого начинается рост. Просто многие уже испугались того, что это сейчас будет неконтролируемый процесс, в принципе, их опасения достаточно обоснованы,  потому что у нас есть две очень тяжелые составляющие.

Первая: национализация "ПриватБанка", который докапитализируют на 140 миллиардов гривен, но эти деньги не сразу идут в экономику. Если бы сразу такую массу выбросили в экономику, то инфляция была бы сумасшедшая, деньги обесценились, и курс соответственно тоже бы поехал. Эти деньги вкладываются в банк через инструмент облигаций, это деньги длинные, то есть это очень длинный инструмент, который в деньги превращается не быстро. Но тем не менее, превращается.

Если мы увидим в связи с национализацией "ПриватБанка" изменение курса, то это будут не резкие изменения?..

— Пока да. Мне кажется, что национализация "ПриватБанка" и была тем продиктована, чтобы этот процесс шел плавно. Условно говоря, если бы "ПриватБанк" в один момент просто обвалился, вот тогда бы уже могло быть что угодно. Никто не в состоянии оценить последствия от единовременного краха такого крупного системного банка в стране, от которого фактически зависит финансовая система.

Поэтому эксперты по экономике и финансам положительно оценивают то, что произошло с "ПриватБанком"?  

— С одной стороны, да, другого пути, по большому счету, уже не было. Потому что все понимали, что в этом банке есть проблемы. Проблемы разного свойства, начиная от проблем с акционерами, заканчивая той простой проблемой, что платежная система фактически обеспечивала всю бытовую теневую экономику.

То есть все прекрасно знают, что если надо как-то неофициально за что-то рассчитаться, это все происходило через карточки "ПриватБанка", и никакие фискальные органы, по сути дела, этого не контролировали.

Другое дело, что эта цифра в 140 миллиардов — это грандиозные деньги. И когда эти облигации превратятся в деньги, это будет происходить в течение года-двух, все равно эти инфляционные риски будут сохраняться, но это будет плавный процесс, это не будет единовременно. То есть никто с утра не проснется и не увидит в обменнике сто гривен за доллар, но какие-то колебания будут, и, скорее всего, что это будут колебания не в пользу гривны, но это будет очень растянуто во времени.

А вот требования от МВФ и наши попытки что-то сделать в стране, например, повышение минималки до 3200 гривен, каким-то образом взаимодействуют друг с другом?

— Увеличение минималки до 3200 гривен имеет несколько опасностей, достаточно серьезных.

Во-первых, минимальная зарплата у нас была 1200 гривен в 2013 году. То есть, если мы пересчитаем в валюту, то мы получим одно и то же по большому счету. Это первый нюанс.
Второй нюанс. Я опасаюсь, что очень сильно увеличится количество денег в экономике. Тут же вопрос даже не в тех людях, которые получают деньги "в конвертах", которых действительно много и в принципе можно сбалансировать таким образом ситуацию, то есть, условно говоря, человек получает семь тысяч, но половину из этих денег будут платить ему официально, и из них будут официально в бюджет идти поступления, но есть ведь люди, которые работают и за зарплату ниже 3200 гривен, в регионах особенно. Им действительно увеличат зарплату, но это увеличит количество денег в экономике. И это вопрос в инфляционных рисках, то есть, не будет ли обесценивания денег в результате.

Для того чтобы нам давали кредиты, МВФ якобы требует, чтобы мы повысили пенсионный возраст в стране.

— Это да, это записано в качестве нового требования — до 63 лет для мужчин и женщин, если я не ошибаюсь. Действительно, пенсионный возраст везде большой, но в нашем случае это отягощается величиной дефицита Пенсионного фонда. То есть у нас фактически Пенсионный фонд сегодня наполняют работающие, а получают неработающие. Соответственно, большой разрыв в виду того, что у нас становится больше пенсионеров и меньше людей, которые работают, поэтому этот вопрос нужно решать.

Пенсионная реформа – это всегда будет очень болезненная история, особенно для политиков, учитывая, что пенсионеры – это их ядерный электорат. Обижать пенсионеров – смерти подобно для всех украинских политиков.

Правительство Яценюка могло бы провести такие реформы, но почему-то не сделало этого.

— Я вам больше скажу – время было идеальное. Если бы это все делалось в 2014 году, лучшего времени, хоть это цинично звучит, но лучшего времени придумать было нельзя, потому что шла война, шла радикальная перестройка системы радикального управления, сознания, чего угодно, то есть это было такое время, когда правительство было обязано проводить очень радикальные реформы.

Тогда, во-первых, можно было объяснить достаточно легко и любое падение жизненного уровня, которое и так случилось на фоне реформ, можно было сказать людям, что идет война, что мы по-другому не выживем, что нам нужно это сделать.

Вместо этого мы, к сожалению, проводили парламентские выборы в конце 2014 года, потом мы вошли в политический кризис, нужно было менять правительство, мы начали придумывать разные рейтинговые штучки из серии назначения иностранцев, не иностранцев, потом иностранцев уволили, назначили уже отечественных сильных менеджеров от местного самоуправления.

Мы постоянно находились в политической борьбе вместо того, чтобы тогда, в 2014 году, после Майдана проводить реформы. Сейчас этот поезд уже уехал.

Что скажете относительно земельной реформы?

— Это вопрос, в первую очередь, политический. То, что земля должна быть товаром, у меня двух мнений нет — это нужно делать. Но этот вопрос настолько глубоко у нас сидит в массовом сознании, то есть это полусакральные или совсем сакральные вещи для украинцев, что земля станет товаром, и это чревато политическими рисками, очень большими.

Хотя, если мы разберемся, то земли сельскохозяйственного назначения все находятся в аренде, все скуплены агрохолдингами. Это выгодный инструмент для крупных агрохолдингов, потому что они берут в аренду эти земли, платят копейки, но получают производственные мощности и прочее. А так это надо будет купить.

Правда, окончательно утвержденного механизма этой земельной реформы, как это будет происходить, каким образом мы будем открывать рынок, чем он будет регулироваться, пока нет.

Какой интерес имеет МВФ к украинской земле?

— Их интересует исключительно расчет по деньгам. Их больше ничего не интересует. МВФ – это организация, которая предоставляет кредиты, это банк.
МВФ выставляет условия, чтобы понимать, что Украина когда-нибудь сможет вернуть хотя бы часть. Им нужно понимать, что здесь работают некие экономические механизмы, которые позволят в перспективе рассчитаться по всем долгам.

В Швейцарии открылся экономический форум. А крупнейшее мероприятие, "украинский завтрак", который организуется Виктором Пинчуком, анонсирован скромнее обычного — с участием только экс-премьера Великобритании Дэвида Кэмерона. Это уже показатель того, что эта площадка для Украины теряет актуальность?

— Так выглядит, что эта площадка сама по себе теряет актуальность. Насколько я понимаю, в этом году на Давосский форум не поехала канцлер Германии Ангела Меркель, не поехал премьер Канады и еще кто-то из мировых лидеров не приехал – Тереза Мэй, Франсуа Олланд. Новоизбранный президент США тоже не поехал. Зато приехал лидер Китая.

Но на самом деле это потеря статуса, потому что Давос – это было такое выражение коллективного западного мира, западный мир там собирался и обсуждал свои вопросы. На сегодняшний день большая часть западного мира от этого процесса отвалилась и, в принципе, основатель Давосского форума тоже говорил о больших рисках, которые есть на сегодняшний день, вообще для мировой политики.

Действительно, надо понимать, что после победы Трампа мир изменился совершенно. То есть это уже совершенно другой мир, для которого Давосский форум становится не совсем актуальным. И даже пресс-секретарь Трампа говорил, что участие новой администрации США будет каким-то предательством лозунгов, благодаря которым Трампа избрали президентом США.

Если раньше Давос был выражением мировой глобализации, то теперь мы от этого вопроса отходим, мы возвращаемся к национальным государствам, мы слышим, о чем говорит Марин Ле Пен – одна из лидеров президентской гонки во Франции, о чем говорит Франсуа Фийон, о чем говорил Трамп, как произошло все в Британии. Мы видим, что ЕС, к сожалению, заканчивается.

Но наш президент поехал, общался с лидером Китая, говорил с госпожой Лагард.

— Это не наш вопрос просто. Понятно, что президенту Порошенко нужно было туда ехать. Это возможность встретится с лидером Китая, с главой МВФ, это хорошо, это правильно. Это мы сейчас говорим о глобальной тенденции, это не наш вопрос в данной ситуации.

Что мы можем привезти, воспользовавшись этой площадкой?

— Я думаю, что ничего конкретного мы не привезем, мы можем просто каким-то образом попытаться напомнить о себе, мы можем что-то обещать, мы можем усилить какие-то сигналы, сказать о том, что мы занимаемся реформами.  То есть это очередной повод поговорить, это возможность встретится, но не более того.

Это рабочая встреча, то есть это не решающий визит, это не решающие переговоры — это разговоры.

Рассчитывать на усиление определенных политических, межстрановых отношений можно?

— Нет. Там не будет принято никаких конкретных решений. Все ждут, грубо говоря, формирования новой администрации в США, все ждут представления, каким мир будет после 20 января, а это уже будет совершенно другой мир.

Например, один из существенных вопросов — это вопрос Донбасса, который существенен в общеевропейском контексте, не только в контексте Украины. Ответ на этот вопрос возможно получить только тогда, когда мы увидим следующую администрацию в США, потому что мы не понимаем – "минский формат" живой, не живой, в каком он состоянии.

Олланд, очевидно, не будет президентом Франции, один из участников этого большого "минского формата", поэтому тут очень много неопределенностей, и что-то понимать мы будем только тогда, когда будет какая-то конкретика в плане великих держав.

После смены администрации и президента в США можем надеяться на последовательность, по крайней мере, в финансовых отношениях Украины и США?

— Мне кажется, что любить Украину они не будут. Это пока догадка, но общее ощущение где-то такое.

Я слышал, что об этом был разговор, в частности, с вице-президентом Байденом, который приезжал в понедельник в Киев и сейчас активно ищет путей новой коммуникации с новой администрацией США, но проблема есть. Мы не понимаем, как США будут себя вести в даже экономическом отношении.

Напомним, эксперт по банковским вопросам Игорь Полховский в эфире "ГС" заявил, что увеличение денежной массы связано с ростом курса доллара более чем в три раза и попыткой унять панические настроения из-за национализации ПриватБанка.

Ранее эксперт по вопросам экономики Сергей Фурса в эфире "ГС" заявил, что падение курса гривны — это сезонные особенности, вызванные расходами бюджета в конце года, а в феврале гривна стабилизируется. 

Самое читаемое
    Темы дня