наверх
22.07.201922:18
Курсы валют НБУ
  • USD25.82- 0.21
  • EUR28.98- 0.21

Ту-154: крушение и злорадство

Крушение Ту-154. Расследование (112)

(обновлено: )2953333
Злорадствующие из-за крушения Ту-154 возмущаются, что россияне хотят от украинцев сочувствия, эмпатии. Но здесь есть важная подмена: не требуют сочувствия, а удивляются потокам ненависти и проклятий – это совершенно разные вещи.
Цветы в память о погибших в крушении самолета Ту-154 Минобороны РФ

РИА Новости Украина

В Украине продолжается дискуссия вокруг реакции на крушение Ту-154, которое раскололо общество на условно соболезнующих и злорадствующих. И если раньше шумно и широко обсуждали пост гражданской жены народного депутата Сергея ЛещенкоАнастастии Топольской, теперь говорят о материале журналиста Павла Казарина "Битва за сочувствие".

Он пишет: "реакция на крушение Ту-154 – иллюстрация того, как Украина и Россия успели развестись, но Москва этого не заметила", а также отмечает, что "в 2013 году соцсети по обе стороны границы, скорее всего, были бы почти одинаковы в своих реакциях. Но в 2016 году рассчитывать на подобную тождественность было бы наивно".

Если говорить очень кратко, злорадствующие из-за крушения самолета возмущаются, что россияне хотят от украинцев сочувствия, эмпатии. Но здесь есть важная подмена: сочувствия не требуют, а удивляются потокам ненависти и проклятий – это разные вещи.

В РФ тем временем разгорелась дискуссия о более глобальных причинах катастрофах с самолетом: кто в ней виноват? Свое мнение об этом, а также о процессах, происходящих в Украине, выразил журналист Антон Красовский – в эфире программы "Персонально ваш" на радиостанции "Эхо Москвы".

РИА Новости Украина приводит фрагмент передачи.

Т. Фельгенгауэр: Может быть, странный вопрос, но, может быть, не было бы этой трагедии, если бы не было войны в Сирии? Если бы Россия так упорно там не увязла?

А. Красовский: Это то, что отличает… Я вчера прочел много текстов и очень многие хорошие люди и мои товарищи – Андрей Лошак, например, пишут и все обвиняют Путина: "Путин виноват, Путин подковырнул гайку, и самолет упал или Путин ввел войска в Алеппо, бомбил и вообще Путин, Путин, Путин. И если бы мы не ввязались в эту Сирию, то все были бы живы и пассажиры Боинга и ТУ-154".

Нет, не были бы живы. И это отличает людей вот этого склада от Лизы (Лизы Глинки, погибшей в при крушении Ту-154 – Ред.). Людей провинциальных от людей действительно глобальных и мировых. Провинциальный человек считает, что убережет себя, свою семью и свою маленькую страну от того, что не ввяжется в какую-то справедливую драку. Это может быть и так. Но глобальная ситуация в том, что мы не могли не ввязаться в эту несправедливую драку. Потому что захлестывающий мир агрессивный ислам наступает и останавливать его надо. И это не чужая война.

То, что сейчас происходит в Дамаске, в Пальмире, в Алеппо это не война сирийцев против сирийцев. Это война добра со злом, это война цивилизаций с варварами. И пожалуй, это единственное, что за последние много лет Путин сделал в контексте европейского пути, это ввел туда войска. Потому что таким образом мы, Россия, наконец, снова начали ассоциироваться, пусть многим и не нравится, пусть уходящая администрация президента Обамы в лице каких-то непонятных женщин в ООН грозит пальчиком и призывает к совести. Но это единственное, что мы сделали за последние годы как европейская держава. Как держава западного мира и как держава представляющая собой цивилизацию.

Мы не могли поступить иначе, и в этом смысле ведь никто не тащил, например, Лизу на этот борт. Никто не заставлял ее везти туда эти лекарства. Просто для нее это была война, вся жизнь ее была война добра со злом. И она была абсолютно на стороне добра. И все говорят сейчас, что не могут представить ее погибшей. А я очень хорошо могу представить ее погибшей.

Более того, так должно было случиться и не могло быть иначе, потому что мы познакомились с ней между одной войной и другой. В этот промежуток между Косово и Украиной. И бродяги на Павелецком вокзале, которые были у нее и этот подвал, все был такой промежуток, было перемирие. Где она искала эту войну и эту попытку на эту войну уйти, и она на нее ушла. И мы действительно ввязались в эту войну в Сирии совершенно не напрасно. Потому что если бы мы в нее не ввязались, то все это захватило бы всех нас на 10 лет раньше, чем захватит. Но все равно к нам придет. Не думайте, что это не придет.

Т. Фельгенгауэр: Но разве это же не у нас?

А. Красовский: Это уже у всех.

Т. Фельгенгауэр: Разве не нужно может быть как-то начать с собственной…

А. Красовский: Все очень просто. Есть "кровавый" Путин, которого все ненавидят и который ввязался в это Алеппо. А есть Ангела Меркель, которая никуда не ввязывалась, и наоборот, говорит "welcome" мигрантам, а человек на фуре врезается в рождественскую ярмарку. Это все равно произойдет. Это наша общая война.

Т. Фельгенгауэр: Здесь наш слушатель Рафаэль из Казани отвечает, что лучшей помощью детям Донбасса будет прекращение поддержки сепаратистов ДНР и ЛНР, а лучшей помощь детям Сирии будет прекращение бомбежек там.

А. Красовский: Дорогой Рафаэль из Казани, все бы правильно и действительно Россия поддерживает сепаратистов на юго-востоке Украины. Действительно нет ни у кого сомнений, что малайзийский Боинг сбит российским "Буком". Ни у кого нет сомнений, что там были русские танки, русские военные инструкторы. Но почему-то вы все забываете при этом, что украинские города на юго-востоке бомбит украинская авиация. Что из тех тысяч погибших погибли от русских пуль и гранат и от русских снарядов абсолютное меньшинство.

Вы можете обвинять чеченцев в том, что они были сепаратистами в 90-е годы. Вы можете обвинять людей сейчас в Сирии, сирийских повстанцев в том, что они сепаратисты и борются за свою независимость. Точно так же  вы обвиняете юго-восточных украинцев в том, что не хотят жить под властью Петра Порошенко и Юрия Стеца (министр информационной политики – Ред.). На самом деле это их право. Не хотеть так жить. На самом деле право украинцев, наверное, украинской власти их за то бомбить. Точно та же как делали российские власти в 90-е годы и в начале нулевых годов, когда бомбили Грозный.

Т. Фельгенгауэр: Мы-то тут причем?

А. Красовский: Подождите секунду.

Т. Фельгенгауэр: Пусть они между собой разбираются, Антон.

А. Красовский: Да пусть они между собой разбираются, как вы считаете. Но в то же время вы тоже должны понять, что вы, Тань, считаете себя чудовищно провинциальной маленькой страной. Но когда миллионы, вот полтора миллиона беженцев сейчас на юго-востоке Украины. Из них только 500 тысяч убежало в Киев. И на Украину. Миллион беженцев это беженцы, которые предпочли Россию. Проблема в том, что на самом деле люди на востоке Украины точно так же как люди в Крыму, когда у них спрашивают, куда вы побежите, это не вопрос крымский, а куда вы хотите: в Россию или Украину. А это вопрос жизни и смерти – куда вы побежите от бомбежек. Вы побежите как бы к своим или как бы к чужим. Так вот люди бегут как бы к чужим. Это значит, что мы для них не чужие. И это значит, что и они для нас не чужие.

Читайте также: Злорадство и скорбь. Как крушение Ту-154 обнажило раскол в украинском обществе

Давай положим руку на сердце. Ну правда, вот правда, конечно, это Украина, и конечно, с юридической точки зрения это все украинская территория. Но для человека, который живет в Горловке и Донецке, человек, который живет в Ростове и Ставрополе, гораздо ближе, чем тот, кто живет в Ужгороде и Львове. Ну правда. Они говорят и думают на разных языках. И честно они говорят и думают о разном.

Но дело не в этом. Я сейчас не говорю о том, что Путин – прекрасный и правильно все делает. Я по-прежнему говорю, что да, это Россия сделала все для того, чтобы этот внутренний конфликт на Украине раздуть и чтобы этот внутренний конфликт, который, вообще-то говоря, был, он зрел, чтобы он превратился в огромную кровопролитную гражданскую войну. Которая сейчас есть.

Но в эту огромную кровопролитную гражданскую войну с удовольствием сразу же моментально вступили вооруженные силы Украины и нынешние украинские власти. Я сидел с Петром Порошенко в феврале 2014 года, когда все это началось, и когда Петр Порошенко решил, что он пойдет в президенты. Но был еще Виктор Федорович Янукович. И это была встреча, я никогда не говорил это публично. Вот сейчас я это скажу.

Меня позвали на эту встречу, потому что когда-то я возглавлял избирательный штаб Михаила Прохорова. То есть олигарха, который набрал ну какой-то существенный процент на президентских выборах. Это была встреча вечером в офисе Петра Порошенко. Где сидело большое количество людей, в частности нынешний министр печати и информации Украины Юрий Стец, какие-то еще неизвестные мне люди, которые тогда в Раде представляли этот оппозиционный блок. И мне говорили следующие вещи: "Антон, нам нужен человек, у которого есть опыт работы с русскими людьми. Потому что на западе Украины у нас нет проблем, у нас все отлично, мы все прекрасно понимаем, но как победить дядю Федю (как тогда называли Виктора Федоровича Януковича) на востоке, мы не знаем".

Потому что он там абсолютный фаворит. Когда я им сказал: "Ребята, у вас не будет никакого дяди Феди, когда будут выборы в 2015 году, а тогда всем казалось, что выборы будут в 15-м году, никакого дяди Феди не будет, поверьте". На что один старый человек лет 78 сказал мне на украинском языке: "Антон, я возглавлял избирательные штабы, у всех, включая Леню Кравчука, я точно вам говорю, что дядя Федя будет участвовать в этих выборах и скорее всего дядя Федя победит". Дяди Феди не стало через два дня. Через три дня дядя Федя всплыл в Ростове. Вот это было так.

До сих пор мы прекрасно понимаем, что фабрика Roshen находится в городе Липецке. И никто ее не собирается ни закрывать, ни продавать. Давайте, если вы говорите о нашем лицемерии, вы все-таки будете помнить и о лицемерии своем. Если вы говорите о русских пулях и снарядах, вы все-таки помните, что пули и снаряды бывают не только русские. Но и украинские. Это к вопросу об Украине.

Если вы вспомните и правильно написал Александр Баунов на сайте Карнеги, если вы просто погуглите, как выглядело Алеппо в 12-13-14-15 и сейчас в 16-х годах, вы поймете, что разрушения все чудовищные, которые вы видите сейчас, начались еще тогда. Когда никто не предполагал не только входить в Алеппо здесь в России, но даже не задумывался о Донецке. Вот скажем вам честно. То есть гражданская война в Сирии началась не потому что туда вошли русские войска и русская авиация.

Война в Сирии началась, потому что Ближний Восток был готов к смене власти. Ближний Восток был готов к тому, чтобы контролируемые жесткие авторитарные, чудовищно диктаторские, возможно, но контролирующие территории режимы были свержены и на их место пришли, ну что сказать, просто бандиты. Бандиты, уголовники и подонки. Которые сейчас на самом деле целиком управляют ситуацией на Ближнем Востоке.

Если вы посмотрите на все, что сейчас случилось в Ираке, в Ливии, на все что, в общем, случилось практически, едва не случилось в Египте и то, что сейчас происходит в Сирии за последние 10 лет, давайте честно признаемся: это огромная война, которая угрожает нам всем. И Путин здесь с бомбежками совершенно ни при чем.

(…) Я честно скажу, меня звали на лекцию в Киев в феврале, так вот я на нее не поеду. Мне очень жаль, что я больше не поеду в Украину до тех пор, пока не будут признаны какие-то нормальные человеческие нормы коммуникаций между двумя странами. Да, вы считаете страну Россию страной-агрессором. Но я считаю вас идиотами и подонками.

Самое читаемое
    Темы дня