наверх
14.04.202107:53
Курсы валют НБУ
  • USD28.02+ 0.08
  • EUR33.32+ 0.05

Расследование по Иловайску. Прошли два года обещаний, продолжение следует

Иловайский котел: кто в ответе? (460)

(обновлено: )99523
Политический эксперт общественной организации "Слово и Дело"Валентин Гладких в эфире радиостанции Голос Столицы заявил, что реальными виновниками "Иловайского котла"могут оказаться вовсе не те, кого поспешило обвинить общество.

В Украине вспоминают жертв Иловайской трагедии. Во многих городах состоялись траурные мероприятия по погибшим. В Киеве у стен Михайловского собора была организована выставка фотографий и личных вещей украинских бойцов, которые так и не вернулись домой.

Два года назад,18 августа 2014 года, украинские войска захватили большую часть города Иловайск в Донецкой области. Однако после наращивания сил противника 23-24 августа часть военных вооруженных сил, Нацгвардии, а также добровольческие батальоны оказались в окружении.

Бойцам гарантировали выход из города, 30 августа силы АТО начали покидать Иловайск. Однако при выводе живой силы и техники военные колонны были расстреляны. По официальным данным, погибли 366 украинских военных и правоохранителей, 429 были ранены, 128 попали в плен, 158 считаются пропавшими без вести. По неофициальным данным, погибших — более тысячи.

Смотрите также: В Киеве чествуют память погибших под Иловайском

В Генштабе утверждали, что выход сил антитеррористической операции из "Иловайского котла"не был прорывом из окружения, это был выход под гарантии Российской Федерации. В России отрицают причастность своих военных к данным событиям, по которым до сих пор ведется расследование.

Генеральный прокурор Юрий Луценко предложил Верховной Раде оформить доступ к государственной тайне для ознакомления с результатами расследования. Родственники погибших в годовщину трагедии пикетировали Генпрокуратуру, требуя от силовиков беспристрастного расследования и наказания виновных.

Накануне начальник Генштаба Украины Виктор Муженко заявил, что готов отвечать за все свои решения и распоряжения, которые отдавал в Иловайске, но считает, что ответственность должна быть разделена между руководителями различных силовых ведомств.

Почему и кем может тормозиться расследование по Иловайску, в эфире радиостанции Голос Столицы пояснил кандидат философских наук, политический эксперт общественной организации "Слово и Дело" Валентин Гладких.

Заявление начальника Генштаба можно трактовать как подтверждение того, что ошибки военного руководства в целом были?

— За эти два года украинские чиновники раздали немало обещаний, которые зафиксировала наша организация. Первым был президент, который, кажется, еще 8 сентября 2014 года сказал, что проведут беспристрастное расследование и привлекут всех виновных к ответственности. Проходит год, Семенченко говорит о том, мы возобновим работу временной следственной комиссии. К сожалению, работа временной следственной комиссии не была восстановлена. Буквально два месяца назад генпрокурор заявляет о том, что вскоре, осенью, уже будет завершено это расследование. И уже в сентябре в августе Луценко обещает, что мы услышим какие-то сенсационные подробности Иловайской трагедии. И снова мы ничего не услышали.

Есть ли перспектива беспристрастного расследования?

— Следствие будет колебаться между двумя полюсами: между огромным соблазном возложить всю вину на РФ и таким образом спрятать концы в воду, и пониманием того, что общество требует наказания украинского военно-политического командования, в то время как может оказаться, что виновниками той трагедии были непосредственно военнослужащие. Отдельные батальоны территориальной самообороны, например, оставили определенные участки фронта. Но такие результаты следствия украинское общество не удовлетворит. Потому что в обществе нагнетается сейчас такое мнение, что ответственность за это должна непосредственно лежать исключительно на Генштабе, на министре обороны, главнокомандующем. Но такой подход является предвзятым. Это будет попытка подогнать задачу под заранее известный результат. И в таких условиях, безусловно, говорить о каком-то объективном расследовании и привлечении к ответственности виновников не приходится.

Кем тормозится расследование?

— Оно является сложным само по себе, потому что там есть составляющая государственной тайны. Видимо, есть какие-то нюансы в оформлении документов, процедурные вопросы. То есть в какой форме отдавались приказы, кто отдавал приказы, был ли он уполномочен отдавать соответствующие приказы. Здесь проблема заключается в том, что тема слишком сложна и может оказаться просто не по зубам и нынешнему руководству прокуратуры. Здесь очевидны неадекватные ожидания украинского общества и попытки высшего политического и военно-политического руководства удовлетворить эти ожидания, но на самом деле может случиться так, что у каждого есть своя часть ответственности за то, что там произошло.

Учитывая то, как протекает реформа судебной системы, если сейчас будут пытаться привлечь к ответственности виновных, это может ни к чему не привести?

— Я думаю, что их будет очень проблематично привлечь, потому что нужна доказательная база. А доказательной базы может не оказаться. Поэтому этот вопрос занимает значительно больше места в информационной сфере, чем в правовой. Это стало больше вопросом для информационных спекуляций, чем поводом для реальных правовых шагов. Я вспоминаю того же Семенченко, который говорил о том, что мы возобновим работу ВСК, однако постановление о создании ее в ВР не зарегистрировано. То есть человек считает, что он может делать такие заявления, но не обязательно их выполнять. Юрий Береза свое время также говорил о том, что он готов прийти в ГПУ и давать показания. Это обещание не выполнено. Хотя это элементарно.

Мы не знаем, какие были достигнуты договоренности между российским руководством и украинским. Украинцы якобы не прорывали оцепление, а выходили маршевыми колоннами. То есть они позволили себя обмануть, ввести в заблуждение. В таких случаях также кто-то должен нести за это ответственность. Или это была ошибка непосредственных руководителей, или это была ошибка военно-политического руководства Украины, что дали соответствующую команду украинским вооруженным силам именно в таком порядке выходить. Но все это должно быть задокументировано. Мы живем в XXI веке, когда есть документы, приказы в письменной форме, по средствам связи, спецсвязи. При желании можно установить, кто наиболее роковую ошибку сделал, как там вообще оказались добробаты и вооруженные силы. Было ли подготовлено это наступление или оно было чьей-то "самоволкой", грубо говоря.

Проблема в том, что когда будут установлены истинные причины и виновники, то они могут оказаться совсем не теми, кого желало видеть на этом месте украинское общество. Общество хотело услышать, что это Муженко плохой стратег, что он сознательно повел на "убой"украинских добровольцев. Безусловно, часть общества хотела бы услышать, что Порошенко — плохой главнокомандующий, это его ошибка, он вообще теперь как самурай должен сделать себе сэппуку после этого. Но правда может быть другой в том плане, что какие-то части, например, абсолютно самовольно ушли туда штурмовать, без соответствующего приказа. Это было нарушение информационного сотрудничества между отдельными подразделениями, которые оставили поле боя и таким образом обнажили фланги, например.

Отметим, что народный депутат Семен Семенченко считает: передачу дела по Иловайску в суд тормозит само руководство Генштаба. По его словам, "правящая группировка"никогда не пойдет на то, чтобы суд был публичным.

Руководитель объединения жен и матерей бойцов участников АТО Наталья Московец сообщила, что их организация всеми сила будет добиваться правды и наказания виновных в трагедии под Иловайском. Вся информация засекречена, никто не понес наказания, хотя число погибших тогда исчисляется тысячами.

Самое читаемое
    Темы дня