наверх
18.09.202017:23
Курсы валют НБУ
  • USD28.11- 0.01
  • EUR33.17- 0.21

Как секс-меньшинства повлияют на безвизовый режим с ЕС

(обновлено: )4951410
Парламент принял "безвизовый пакет" законопроектов. Перспективы евроинтеграции и прогнозы по второму туру местных выборов в эфире радиостанции Голос Столицы прокомментировали экс-депутат Тарас Чорновил, политолог Алексей Якубин и адвокат Иван Либерман.

Верховная Рада приняла пакет документов, необходимых для либерализации визового режима с ЕС. Среди принятых законопроектов — так называемая антидискриминационная поправка в Трудовой кодекс, запрещающая дискриминацию сотрудников по признаку сексуальной ориентации.

Также парламент принял закон о Государственном бюро расследований. ГБР будет центральным органом исполнительной власти, задачами которого определены предотвращение организованной преступной деятельности, противодействие террористическим и другим особо тяжким насильственным преступлениям, обеспечение безопасности человека, общества и государства.

В воскресенье, 19 ноября, в Украине состоится второй тур местных выборов. В Киеве за кресло мэра будут бороться действующий градоначальник Виталий Кличко и кандидат от "Партии решительных людей", депутат Борислав Береза.

Важные события в политической жизни страны в эфире радиостанции Голос Столицы прокомментировали политический аналитик, народный депутат предыдущих созывов Тарас Чорновил, политолог Алексей Якубин и адвокат Иван Либерман.

ВР голосовала за "безвизовые" законопроекты. Тему евроинтеграции подменили темой безвизового режима?

Чорновил: Это все части евроинтеграции, но она начинается с того, что нет ненависти, что твоя свобода заканчивается там, где начинается свобода другого. Это все евроинтеграция. Не бросать окурки на улице — это тоже евроинтеграция. Евроинтеграция очень широкая штука, но до членства в ЕС нам, безусловно, очень далеко. Четко было сказано: четыре года даже для тех, кто очень много сделал для того, чтобы стать членом ЕС, и выполнил целый ряд обязательств. После Румынии и Болгарии ЕС немного опомнился, остановился и сказал: давайте с Албанией, с Черногорией, с Сербией и со всеми остальными подождем. И вопрос не в том, что мы плохие. Просто ЕС сейчас остановился. И если бы не была принята эта антидискриминационная поправка, которую все критиковали, возникла бы угроза даже не для безвизового режима — на нем бы поставили точку. Я хорошо знаю расклад решений, которые были приняты предыдущими руководителями фракций Европарламента. Две основные фракции заявили — в таком случае не будет ратификации. Но восемь стран ЕС сказали — без этой поправки мы даже не будем рассматривать этот вопрос.

Почему эти законы так тяжело принимали, даже если отсутствие результата нас бы могло привести к краху евроинтеграции?

Либерман: Думаю, что всегда есть какие-то преграды, а преграды, как правило, создают живые люди. Например, за границей существует контроль всех учеников в школах, кругом видеокамеры, полицейский следит за каждым, есть порядок. Но там платят штрафы. Опоздал на урок — 200 евро штрафа платят родители. В Америке есть штат, в котором это четко закреплено на законодательном уровне. Вообще законодательство стран делится на англосаксонское и романо-германское. У нас — романо-германское. В его рамках допущения не принимаются во внимание. Скажем, женщина пришла в милицию, и говорит: меня хотели изнасиловать. Что ей скажут? Когда изнасилуют — тогда и придете. А когда женщину бьют, никто не несет ответственности за то, что не отреагировал на допущение. В Европе и Америке же полный контроль — в школах есть уроки молчания. Первые 15 минут говорит учитель, остальные 30 минут дети молчат и обдумывают, что сказал учитель. И в течение этих 15 минут речь идет о том, что если вы, детки, нарушите закон, то будете нести ответственность. Ваши родители понесут ответственность. Это такая юридическая плоскость. Если в Европе или США женщина подходит к полицейскому и говорит, что мне не нравится. Что за мной шел человек, его задерживают, предлагают пройти детектор лжи. Это у них называется косвенное подозрение.

Если даже после принятия этих законов ЕС не предоставит нам безвизовый режим, наших депутатов и правительство обвинят во лжи?

Якубин: В какой-то мере так и есть. Федерика Могерини, пребывая на этой неделе в Украине, уже заявила, что законы, которые принимаются, в первую очередь служат в интересах Украины. То есть, не нужно ожидать автоматизма, привязанного к безвизовому режиму. Это вопрос будущего, дескать, приняли — ну и молодцы.

Разве это не "подстава" ВР?

Чорновил: Не совсем. Здесь есть несколько нюансов. В международном дипломатическом языке существует план действий и дорожная карта. План действий выглядит так — вы должны сделать то-то и то-то, положить отчет, и мы подумаем, что делать дальше. Дорожная карта выглядит так — вы делаете то-то и то-то, а мы делаем что-то взамен, обязательства идут взаимные. Мы перешли тихо и незаметно к дорожной карте. То есть обязательства с той стороны есть. Но только маленькая проблемка: мы так сосредоточились на какой-то антидискриминационной поправке, так сосредоточились на этих антикоррупционных законах, что забыли, что там очень много всего есть. Первое — часть законопроектов еще не принята, они лишь включены в повестку дня. Кроме того, поправку приняли в старый Трудовой кодекс, чтобы продемонстрировать сроки выполнения. А к Новому году, авось, будет принят новый кодекс, и снова начнется очередная куролесица. Еще предстоит доказать, что оттуда не будут выбрасывать эту норму. Еще один момент — дорожной картой было определено не принятие законов, а исполнение законов. Никто никогда нам не говорил, что мы получим либерализацию визового режима в тот момент, когда примем законы. Мы должны показать, что мы выбрали антикоррупционного прокурора, должны дать первый результат. Но это уже будет идти в параллельном режиме, потому что Запад только тогда начинает выполнять свою миссию. Процесс ратификации начнется с того момента, когда они увидят, по крайней мере, нашего антикоррупционного прокурора, который сел на рабочее место и начал работать.

Почему все-таки за антидискриминационную поправку так тяжело шло голосование?

Чорновил: Там речь не только о секс-меньшинствах, а даже о больных СПИДом, а также людях, которые принимали участие в страйках. Нашим политикам нельзя заявлять, что они не хотят голосовать за поправку, которая защищает участников митингов или членов профсоюзов. Проще сказать — у нас скрепы. Скрепы переместились в Украину, причем среди тех партий, которые назывались проевропейскими. Либерман четко сказал: он сказал об обязанностях, иногда жестких, очень иногда для нас в экзотической форме, которые выполняют ЕС и Америка. Их нужно выполнять. Нас долго учили: вот мы вступим в НАТО, и все будем есть бесплатно колбасу. А на самом деле, это означает, что ты берешь на себя кучу ответственности. Людям в принципе нужно понять, что нельзя плевать на улице. И все. Это очень легко. А политики этого не хотят, не хотят жить по правилам. Они нам рассказывают о том, что, дескать, начнется легализация гомосексуалистов.

Якубин: Есть нюанс, связанный с секс-меньшинствами, хотя это не совсем верный термин. Зачем эта тема у нас активно поднимается? У нас есть небольшая группа людей, которые консервативно-ориентированы, и которые к тому же активны в Facebook. И они эту тему активно начинают раскручивать и поднимать. Но наши политики во многом и ориентируются на эту во многом консервативную группу людей. И они считают, что в какой-то мере эта группа выражает всю страну. Понимаете, в чем ошибка наших политиков? Они считают, что поднимая эту тему, они тем самым набирают себе дополнительные электоральные баллы.

Либерман: Если мы планируем идти в Европу, то нужно уже в школах осуществлять определенные реформы. В Европе детей учат считать что? Деньги. А у нас считают, простите, яблочки и груши. Все имеет свое назначение. Детей отучают стучать, прежде чем зайти в класс, чтобы они не были рабами и не стучали в кабинет к чиновнику. И они заходят к чиновнику, как к себе домой. Они заплатили за свет, которым он пользуется, за его стол. Сам менталитет раба их них выбивается с самого начала.

В воскресенье нас ожидает второй тур выборов мэров. Что будет в Киеве?

Чорновил: Я очень спокойно отношусь к Виталию Кличко, не с восторгом, но очень спокойно. Но если бы он принял участие в дебатах, то он мог бы сказать новое слово в спорте — чемпион мира, который нокаутировал сам себя. Но ситуация для него достаточно хороша. Все говорили: под него готовят оппонента. И Борислав Береза для него как раз нормальный, сносный оппонент. Говорили, что под него готовят Александра Омельченко, но как по мне, большинство, кто ходят на выборы, ностальгируют по старым.

Аналитики говорят, что явка будет очень низкой. В чью пользу это сыграет?

Якубин: Это играет в пользу Кличко. Первый тур показал, что у Кличко выстроена схема: улица-двор-дом, система, чтобы избиратель дошел до участка. А бабушки проголосуют за Кличко, потому что они проголосуют за действующего градоначальника, так как от него они получали какие-то добрые дела. Были и поздравления с днем пожилых людей, и доплаты небольшие. Поэтому бабушки электорат Кличко, а не Березы. Чем ниже явка, тем для Кличко лучше, а для Березы наоборот. И Береза, мне кажется, пока не сработал в контексте мобилизации своей явки, потому что чем выше явка, тем лучше для него.

Чорновил: Я думаю, большинство вообще не пойдут на выборы, а те, кто пойдут, будут склонны проголосовать за Кличко. Береза — это такой "киндер-сюрприз", и это ментальный вызов избирателям Омельченко. Что это за чертик из табакерки? Для избирателей Владимира Бондаренко это тоже выскочка. Березе сложно увеличить электорат. При этом у него нет своего ядерного электората. Мне кажется, что сам Береза даже не думал, что может выйти во второй тур, поэтому так долго и длилось молчание штабов. Береза молчал, потому что ему нужно было сделать первые заявления. Кличко молчал, потому что любое заявление от Кличко — это реклама Березы. Он не хотел объявлять своего противника. Омельченко и Бондаренко молчали, потому что не могли прийти в сознание — их обогнал какой-то молоденький мальчик. Теперь по самим выборам: я не верю, что будет маленький разрыв. Но если разрыв большой, то Береза поступит не мудро, если начнет какие-то судебные тяжбы. Он должен уйти красиво. Но он точно не признает нормальной победы Кличко, он расскажет, что выборы были нечестными, Кличко использовал админресурс. Это все ему не повредит, но важно, как он дальше распорядится своим этим абсолютно неожиданным результатом в течение следующих месяцев. От этого будет зависеть, вошел ли он действительно в киевскую политику, или просто комета пролетела.

Что вы можете сказать о выборах в Днепропетровске?

Якубин: Мне кажется, что Днепропетровск станет вторым Черниговом. Помните про все эти технологии? Технологии будут более скрыты, но по влиянию это будет действительно второй Чернигов. Там небольшой разрыв, и борьба идет за каждый голос. И я думаю, что как раз в Днепропетровске, если сравнивать с Киевом, реально идет избирательная кампания. Идет борьба и по постройке схем, и теневая кампания. Днепропетровск станет самым горячим городом на наших выборах.

Чорновил: У меня такое впечатление, что кроме отдельных городов, таких как Днепропетровск, выборы в целом по Украине проходят по старому принципу из "Гамлета": "Что лучше — зло знакомое терпеть иль бегством к незнакомому стремиться?" Проклинают Партию регионов, но за них же голосуют. Во Львове Андрея Садового проклинают последними словами, но голосуют. В Киеве все критикуют Кличко, но проголосуют, наверное, за него.

ВР одобрила в Украине создание Государственного бюро расследований. Это завуалированная ликвидация Генпрокуратуры?

Чорновил: Пока так. Но вообще-то происходит выполнение Конституции 1996 года, мы должны были его создать тогда. Более того, был такой Литвак, который был даже назначен председателем ГБР, но так и не притупил к исполнению своих функций в конце 90-х. Что касается прокуратуры, то де-факто у нас карательный орган советского образца имени генпрокурора СССР Руденко. Не может один орган выполнять функции и государственного обвинения, и следствия, и представительства в суде, и общего надзора. Общий надзор — сняли. Сейчас идет следующий шаг — лишение ГПУ функций следствия по всем особо важным делам.

Не станет ли ГБР новым карательным органом?

Либерман: Я думаю, уже не станет, потому что туда набирают людей с новым в какой-то мере менталитетом, с новой ответственностью. Любой туда уже не попадает. Мы видим, с каким доверием подходят к полиции. Я думаю, что порядка будет точно больше. Но если будут проявления незаконности, то мы вместе посредством СМИ этот порядок наведем.

Чорновил: Есть еще институциональные изменения. Они не смогут быть полностью репрессивными. Но они могут быть теоретически, и это угроза. Мы избежали этих угроз при формировании полиции, но нет гарантии, что сможем избежать в этом случае. Они могут стать коррумпированными. И будет большое иметь значение, как их будут подбирать. Но вероятность здесь все же на порядок меньше, чем в плане продажности следователей в той же прокуратуре.

Напомним, 25 октября в Украине прошли выборы депутатов местных советов, мэров городов и председателей сельсоветов. Второй тур выборов мэров крупных городов состоится 15 ноября.

При этом сотрудники милиции располагали всем необходимым для обеспечения правопорядка на выборах. Об этом заявила в эфире радиостанции Голос Столицы пресс-секретарь ГУ МВД Украины в городе Киеве Оксана Блищик.

Самое читаемое
    Темы дня