наверх
20.10.201706:16
Курсы валют НБУ
  • USD25.780.00
  • EUR30.420.00

Рудяков: критический месяц для Украины прошел, проблемы остались

(обновлено: )51150
Событий, несущих в себе потенциал для вспышки массовых протестов то ли регионального, то ли общенационального масштаба, сентябрь принес в избытке, серьезных же протестных акций так и не состоялось.

Павел Рудяков

Сентябрь в Украине выдался богатым на события самого разного плана  характера. После относительного летнего затишья со всех сторон полетели известия, способные не только привлечь внимание, но выбить из равновесия. Плохих новостей было гораздо  больше, чем хороших. География плохого простерлась от Одессы (где в пожаре погибли дети) до Донбасса (где продолжали страдать и гибнуть люди), от Винницы (где взорвались склады с боеприпасами) – до Венеции (куда отправили на экспертизу новый Закон Украины об образовании). В его орбиту оказался вовлечен целый ряд областей жизни государства и общества: внешняя политика, оборона, безопасность, экономика, социальная сфера, культура, образование, межнациональные отношения и др.

Почему сентябрьские горькие пилюли и потрясения не всколыхнули общественную активность? Почему все в первом осеннем месяце случилось именно так, как случилось, а не иначе, доходчиво объяснил Андрей Садовый в сентябрьском интервью "Украинской правде". Комментируя момент, когда к Михаилу Саакашвили, заблокированному в нейтральной зоне между пограничными пунктами Польши и Украины, с  украинской территории ринулись, прорвав оцепление, люди, чтобы силой провести его в Украину, он сказал: "Я думаю, что в ситуации, когда Саакашвили видел, что идут люди, он должен был их остановить, пройти всю процедуру контроля (паспортного – Авт.) и нормально, легитимно войти в этот процесс". 

И вместо того, чтобы на этом поставить точку, развивает свою мысль, выдавая одну из самых сокровенных тайн "майданного" двора. "Я вспоминаю "Ночь гнева", которая была во Львове (ночь с 18 на 19 февраля 2014 года – Авт.), когда очень много молодых людей в знак протеста против расстрела людей на Майдане начали самовольно заходить в помещения полиции (тогда еще милиции – Авт.), СБУ, прокуратуры. Потом мы анализировали, почему так случилось".

Михаил Саакашвили в Одессе, 30 сентября 2017

Результаты львовского анализа движущих сил киевской "революции достоинства" и львовской "ночи гнева" как одной из ее составляющих от Садового без преувеличения потрясают воображение. "Оказывается, что среди этих людей (тех, кто брал штурмом здания силовых ведомств, – Авт.) были специально обученные люди, их к этому подталкивавшие. Поэтому, когда стоит 100-200 людей, и они хотят справедливости, честности, то очень часто появляются люди, дающие им четкие месиджи, что и как надо делать". Если следовать логике львовского мэра, революция в Киеве произошла отнюдь не спонтанно, толпу, собравшуюся на в центре Киева, к штурму зданий в правительственном квартале "подтолкнули" некие "специально обученные люди". Если они – "специально обученные", то есть кто-то, кто их обучил, не так ли? Теперь для пущей ясности и полноты картины осталось выяснить, кто этот таинственный "кто-то"? А также установить, не этот ли "кто-то" сделал остальную работу, принесшую успех революции, например, "подтолкнул" Виктора Януковича убрать силовиков из правительственного квартала? Модель протеста предстала бы в виде трехчленной конструкции: толпа – специально обученные люди – "кто-то". Решающую роль играет именно последний элемент. Кто-то собирает толпу, кто-то обучает людей, кто-то внедряет специально обученных им людей в собранную им же толпу. В какой-то момент специально обученные люди направляют толпу туда, куда им велел направить ее кто-то. Остальное – дело техники.  

Читайте также: Суд — это я, решил Порошенко. Соцсети о судебной реформе

Если так, то все просто: сентябрь прошел и завершился без серьезных акций протеста по той простой причине, что никто не отдал распоряжение собирать большую толпу; в те маленькие толпы, которые от случая к случаю все-таки где-то иногда собирались, никто не запустил "специально обученных людей"; а раз не было таких людей, то маленькие толпы сами так и не придумали, что и как им надо делать. Ну, и Слава Богу!

Одним из знаменательных событий сентября оказалась свадьба старшего сына Юрия Луценко, привлекшая внимание ряда отечественных СМИ своей роскошью, а также беспрецедентными мерами безопасности, осуществлявшимися силами Государственной службы охраны. Самого генпрокурора критика в его адрес ничуть не взволновала. Он ответил злопыхателям в своем фирменном стиле, заявив, что "имеет право пять часов быть счастливым". История продолжения не получила и замялась как-то сама собой. Луценко же сразу после нее вдруг отправился в Донбасс, на передовую, где, полазив по оборонительным укреплениям, обнаружил, что блиндажи на второй линии обороны сделаны на тяп-ляп. Вместо бетона на их оборудование пошли дерево и грунт, бронированных же элементов, которые должны были быть использованы для их сооружения, и вовсе никто никогда не видел. Генпрокурор усмотрел в этом коррупцию, дал своим подчиненным поручение разобраться в ситуации, однако этот аспект темы, точно так же, как история с пышной свадьбой Луценко-младшего, быстро свели на нет.

Логика поведения основанная на принципе: "имею право", – в Украине продолжает цвести пышным цветом или, как говорили у нас во времена коммунизма о деле Ленина, – живет и побеждает. Проблема не в одном Луценко, хотя, учитывая его нынешнюю высокую и значимую должность, и в нем, конечно, тоже. Проблема в том, что действия, основанные на "имею право", совершаются у нас нынче в массовом порядке, на регулярной основе. Ими позволяют себе заниматься целые социальные группы. А занимаясь, едва ли не в открытую диктуют свою волю остальным. При молчаливом попустительстве власти в центре и на местах.

Определенная новизна и оригинальность прошедшего месяца проявилась в том, что он ознаменовался сразу несколькими судебными решениями, вызвавшими немало удивления и споров. В Черноморске судьи вынесли оправдательный приговор пророссийским участникам "дела 2 мая". В Киеве Оболонский районный суд определил, что Янукович письмом к Владимиру Путину не совершал государственной измены. Ленинский районный суд Харькова освободил из СИЗО, выпустив под домашний арест бывшего мэра Славянска Нелли Штепу.

"Смотрящие" за делами в судебной сфере от власти ни по одному из этих поводов особого беспокойства, вроде бы, не проявили. То ли решили, что еще не время, то ли были заняты чем-то другим, более неотложным и важным.

В сентябре в очередной раз отличился и опять со знаком "минус" Павел Климкин, призвав к "жесткому диалогу" с Венгрией по поводу закона об образовании и реакции Будапешта на него. Обосновывая свою позицию, министр вдруг вспомнил, что Венгрия за прошедшие десятилетия успела раздать закарпатским венграм не один десяток тысяч венгерских паспортов. К чему это он, так и осталось не до конца понятно. Не собирается же Киев мстить Будапешту за паспорта, ущемляя право на образование венгерского национального меньшинства в Украине? Если МИД намеревается идти таким путем, то это очень печально. Это – путь в никуда не только в отношениях с Венгрией, но и с Брюсселем. С самого министра – как с гуся вода, а государству – позор и унижение.

Михаил Саакашвили эпатажно ворвался в Украину и в новый сезон украинской политики. Его проникновение в страну вылилось в скандал, но не стало сюрпризом. Больше всех удивился тому, что вечером 10 сентября оказался во Львове, похоже, сам грузинский любимец Джорджа Сороса и знакомец Дональда Трампа.  Этим, видимо, объясняется тот факт, что он тут же сбавил темп, перейдя к рутинным мероприятиям в вялотекущем режиме. Саакашвили ездит по стране, но особого резонанса его поездки не вызывают. На встречи с ним в областных центрах собирается от силы по 200-300 человек, в Одессе было чуть больше – порядка 500-600, но все равно – капля в море. Для взрыва ситуации даже в отдельно взятом городе или регионе мало. Грузинский борец с украинскими "барыгами" чего-то ждет. Чего? Или, может быть, кого? Чего ему не хватает сегодня для того, чтобы развернуться, как он умеет: с размахом, с особым драйвом? Толпы или, выражаясь языком Садового, "специально обученных людей"? Вопрос остается открытым.

Петр Порошенко выступил на сессии Генеральной ассамблеи ООН, встретился с Трампом, отогнал прочь от Донбасса "русских" миротворцев, подписал закон об образовании, отпраздновал очередной день рождения. На проблемные вопросы он старался не реагировать, в сомнительные с точки зрения возможных репутационных рисков публичные конфликты не вмешиваться. Президент вел себя уверенно, всем своим видом давая понять, что ситуацию в стране и во власти держит под контролем, и что никаких нежелательных для себя эксцессов не допустит ни в коем случае. По мнению тех, кто его окружает, и, видимо, его самого, президент в сентябре добился больших успехов. Он, например, сломал игру Путину в миротворцев, доходчиво объяснив Трампу, что, к чему, и быстро склонив того на свою сторону. Судя по поздравлениям в его адрес с днем рождения от членов семьи, вокруг Петра Алексеевича все совершенно уверены в том, что он уже вошел в историю, и он сам этот взгляд разделяет и поддерживает. Подобная самооценка вступает в очевидное противоречие с тем состоянием, в котором пребывает страна, в которой он занимает президентский пост, и значительная часть ее граждан, однако это обстоятельство, похоже, ни главу государства, ни обслуживающих его политтехнологов не беспокоит. Порошенко сегодня не думает, похоже, ни о чем другом, кроме своего избрания на второй срок. Именно достижению этой цели подчинены все его слова и поступки.

Темы дня