наверх
24.08.201700:31
Курсы валют НБУ
  • USD25.780.00
  • EUR30.420.00

Мы вступили в период деградации мирового устройства

(обновлено: )0
Российско-американские отношения переживают самый глубокий кризис со времени окончания холодной войны. Стратегическая экспансия США и поглощение геополитического наследия СССР достигли черты, за которую Россия отступать не готова.

Федор Лукьянов, главный редактор журнала «Россия в глобальной политике» - интервью для РИА Новости

- Как можно описать нынешнюю стадию отношений между Россией и Западом? Как будут развиваться российско-американские отношения, по вашему мнению?

- Российско-американские отношения переживают самый глубокий кризис со времени окончания холодной войны. Американская стратегическая экспансия и поглощение геополитического наследия Советского Союза достигли черты, за которую Россия отступать не готова, поскольку считает, что это уже будет представлять угрозу для ее дальнейшего существования. Наблюдается противоречие между по-прежнему растущими геополитическими амбициями США и относительным снижением их возможностей. Именно это было продемонстрировано в Грузии - Вашингтон обнадеживал Тбилиси, но в решающий момент не смог ничего для него сделать. Это заставляет США предпринимать демонстративные шаги, которые должны укрепить имидж Америки как надежного патрона "молодых демократий".

Россия, со своей стороны, не намерена мириться с положением, сформировавшимся в 90-е годы, когда победители в холодной войне игнорировали мнение и интересы Москвы.

В целом ситуация похожа на начало переосмысления российской политики. Она не будет антизападной, но перестанет быть западоцентричной, то есть Запад не будет более главным приоритетом российской политики.

Москва будет искать партнерских отношений с разными странами и группами стран в разных частях мира, а также направлять основные усилия на защиту позиций в собственной сфере интересов - постсоветское пространство. Ни США, ни Европа не собираются признавать эту сферу как приоритетно российскую, поэтому напряжение, скорее всего, будет нарастать.

- Какие практические шаги может предпринять Россия в ответ на установление ПРО в Европе? Окажутся ли эти меры способными предотвратить осуществление целей американской ПРО, нарушить равновесие ядерного сдерживания?

- Предотвратить размещение элементов ПРО в Центральной Европе Россия не может - это решение США и двух европейских стран, они вправе его принять. Думаю, Россия будет отвечать не на это, а на общее изменение ситуации - ответом будет модернизация российских ядерных сил, дабы не допустить их ослабления в результате ввода в действие системы ПРО. Впрочем, я не торопился бы с выводами об этой системе, смена власти в США может повлиять на сроки ее разработки, финансирование и политические обстоятельства.

- Некоторое время назад Россия предложила создать общую противоракетную систему обороны совместно с Европой и США. Против кого она, как предполагалось, должна была направлена? Против каких общих врагов?

- Это предложение звучало тогда, когда говорилось об угрозах со стороны стран, незаконно стремящихся к обретению ядерного оружия, а также со стороны международных террористов. На мой взгляд, это было чисто политическое предложение, направленное на "большой торг" между Москвой и западными столицами. Четкого понимания, против кого это может быть направлено, не существовало. Прошедшее десятилетие - вообще время обсуждения удивительных инициатив, которые были больше направлены на поддержание общей иллюзии взаимопонимания, чем на достижение конкретных целей. В любом случае, сегодня о совместной ПРО с Европой и США говорить неактуально.

- Официальные российские источники подтвердили, что Израиль сыграл основную роль в подготовке агрессии Грузии против Южной Осетии.

Как Россия ответит на подобные действия Израиля? Предполагаются ли какие-нибудь определенные шаги?

- Незадолго до войны в Южной Осетии Россия выразила Израилю свое глубокое неудовольствие его участием в подготовке грузинской армии, в результате чего Израиль свернул свое присутствие там, что было отмечено Москвой. Не думаю, что на данном этапе Россия будет принимать конкретные меры против Израиля.

- Как отразятся события в Южной Осетии на ситуации на Ближнем Востоке и на арабско-российских отношениях в целом и на российско-сирийских в частности?

- Думаю, Россия будет проявлять намного больший интерес к арабскому миру. Отчасти - пытаться восстановить традиционные связи, имеющиеся со времени СССР, отчасти - искать новые контакты. При этом на сегодняшний день я не вижу намерения полностью переориентировать систему внешнеполитических связей и качественно менять взгляд на арабский мир как на важного, но тем не менее не главного партнера.

- Как вы считаете, есть ли в арабско-российских отношениях основа для выстраивания стратегических отношений? Каково будущее этих отношений?

- Честно сказать, я не верю в возможность стратегических отношений в обозримом будущем кого бы то ни было с кем бы то ни было. Мы вступили в эпоху нестабильных и непрочных альянсов. Это настоящий многополярный мир и многофакторная конкуренция. Арабский мир и сам находится в очень сложной сети внешних влияний и связей, Россия - тоже. Так что о стратегическом партнерстве как о понятии международных отношений я бы вообще не говорил.

- Ожидаете ли вы возобновление холодной войны? Или военного противостояния между Россией и Западом? Или вы считаете, что происходящие в настоящее время события способствуют выстраиванию новой, более справедливой системы международных отношений без войн и столкновений?

- Военного столкновения я не ожидаю, но ни о какой новой системе международных отношений, к сожалению, говорить нельзя. Мы вступили в период окончательной деградации прежнего мирового устройства - падения престижа институтов и даже, возможно, их распада. До тех пор, пока этот процесс не дойдет до какого-то логического конца, нет оснований ожидать чего-то нового и конструктивного. Период очень опасный и непредсказуемый.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции

    Темы дня